Продолжая просматривать SPORT.UA, Вы подтверждаете, что ознакомились с Политикой конфиденциальности
Другие новости
|
2270
0

БЕЛОВА: «Мы делим жизнь на сезоны»

Украинскому биатлону исполнилось 45 лет

БЕЛОВА: «Мы делим жизнь на сезоны»

На прошлой неделе самый урожайный на олимпийские медали зимний вид спорта в Украине отпраздновал свой 45-летний юбилей. Именно биатлонистка Лилия Ефремова принесла одну из двух наших наград на прошлых Играх в Турине. А до этого была бронза Валентины Цербе в Лиллехамере-1994, серебро Елены Петровой в Нагано-1998 и... роковой провал на Играх-2002 в Солт-Лейк-Сити.

Задержавшись возле стенда со старыми фотографиями в концерт-холле «Freedom», где проходила церемония «Золотая десятка биатлона», очаровательная блондинка в черном платье остановила свой взгляд на фотографии Татьяны Водопьяновой - первой украинки, выигравшей этап Кубка мира. «Как жаль, что она так рано ушла из большого спорта, у нее было столько сил, столько энергии, - грустно отметила она. - После того, как украинская команда развалилась, мы попытались помочь ей продолжить карьеру в Польше. Но, к сожалению, бюрократия оказалась сильнее нас». 

Сегодня имя Надежды Беловой в мире биатлона ассоциируется со сборной Польши. Но болельщики со стажем помнят, что именно она стала первой украинкой, поднявшейся на высшую ступеньку чемпионата мира в Фалуне-1986. Именно с успехов Надежды Беловой началось золотое десятилетие женского биатлона Украины.

ЖИВУ В КИЕВЕ, РАБОТАЮ В ПОЛЬШЕ

- Я так давно не видела своих подруг и друзей по команде, - начала разговор с корреспондентом «СЭ» Надежда Белова. - И не знаю, сколько бы еще не видела, если бы не этот вечер. С действующими украинскими биатлонистами часто пересекаюсь на этапах Кубка мира. А вот со многими представителями старого поколения, стартовавшего еще в восьмидесятые, не общалась уже лет пятнадцать. Многие поменяли сферу деятельности. Я хоть и осталась в спорте, живу в Киеве, но работаю в Польше.

- Встретившись, вспоминали эпизоды из общего спортивного прошлого или же больше говорили о делах житейских?
- Со всеми по-разному. С Леной Петровой, например, обсуждали рабочие моменты. Она - молодой тренер, а у меня все-таки уже есть определенный опыт общения со спортсменами. Вообще, мы с ней поддерживаем связь, общаемся по телефону, она бывает в гостях у нас в Киеве. Других девчонок, конечно, больше расспрашивала о жизни. С Леной Зубриловой мы время от времени еще пересекались на соревнованиях. Она работает с белорусскими юниорами и иногда привозит их на взрослые старты. А вот Валю Цербе в последний раз видела лет пять назад, Ирину Меркушину - еще до рождения второй дочери. Нина Лемеш возвращалась в спорт после декретного отпуска и мы с ней встречались на Кубках мира. Хотя с того момента, как она завершила карьеру, прошло уже четыре сезона. Мы всю жизнь делим не на года, а на сезоны.

- А вы верили в то, что украинский биатлон поднимется на прежний уровень после той роковой Олимпиады в Солт-Лейк-Сити?
- Конечно, верила. Я всегда знала, что наша школа очень сильная, а теперь мне еще и есть с чем сравнивать. Поработав в польском биатлоне, я более четко увидела все плюсы украинского. Их намного больше, чем минусов. И дело не только в методике. Начнем с того, что у нас есть специализация «биатлон» в институте физкультуры. В Польше разве что курсы. Поэтому здесь тренерский коллектив - свыше ста человек, а там от силы двадцать наберется. Наши специалисты привыкли полностью отдаваться своему делу, фанатично работать на результат. Отсюда и успехи на мировой арене.

- Не получится ли, что польский биатлон вообще умрет после того, как завершит карьеру лидер сборной Томаш Сикора?
- Томаш выступит на Олимпиаде в Ванкувере. А после этого, вероятно, действительно уйдет из спорта. В Польше есть талантливые ребята, но самому старшему из них двадцать  лет, а остальные еще младше. Придется подождать, пока они выйдут на уровень высоких результатов.

ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ, КОМУ СКАЗАТЬ СПАСИБО

- В вашей карьере были старты, вспоминая о которых вы до сих пор кусаете себе локти?
- Мне легче ответить на вопрос, какой гонкой я довольна, потому что она одна. Это золотая для нас эстафета в швейцарском Эдере. Оценивая себя с позиции тренера, понимаю, что сделала все, что умела на тот момент, и сделала хорошо. А так у меня от всех гонок чувство неудовлетворенности осталось. Я вообще человек самокритичный. Всегда считала, что можно быстрее пробежать, точнее стрельнуть.

- Как тренер, вы более везучая, чем как спортсменка?
- Мне всегда везло с тренерами.  И если у меня что-то где-то не получалось, то только потому, что мне не хватало таланта. Я очень благодарна судьбе за то, что на моем жизненном пути встретился Василий Павлович Карленко. Мы познакомились во время чемпионата СССР. Именно он предложил мне переехать из Казахстана в Украину. И очень долго был моим личным наставником и тренером сборной Украины. Евгения Ивановича Хохлова, который тогда работал с советской сборной, просто обожаю. Он для нас всех был как отец. Сейчас, когда я сама тренер, очень часто вспоминаю, что и как он говорил.

- Многим украинским биатлонисткам очень тяжело было найти себя после спорта. К примеру, обладательница первой «зимней» олимпийской медали в истории независимой Украины Валентина Цербе даже на базаре торговала. А у вас, такое впечатление, все прошло легко и безболезненно?
- Да, и я даже не знаю, кому сказать спасибо за это. Завершила я карьеру в 1996-м. Хотела год вообще ничем не заниматься. В это время моего мужа Романа Бондарука пригласили на должность директора спортивного лицея в Польше. Я поехала с ним, планировала просто отдохнуть. Но меня там все знали и предложили тренерскую работу в школе. Я согласилась, правда, очень переживала, как же буду с детьми общаться, не зная ни одного слова по-польски. Но, к моему счастью, одна девочка очень хорошо говорила по-русски. А через два месяца сама я уже овладела языком.

НЕМЕЦКИЕ ГАЗЕТЫ ПИСАЛИ: СКОЛЬКО ЖЕ ОНА ВЫДЕРЖИТ?

- В биатлоне женщин-тренеров можно на пальцах одной руки пересчитать. Вы, Лена Зубрилова, а теперь еще и Лена Петрова. Почему?
- Одной руки это громко сказано. На уровне национальной сборной работаю пока только одна я. Моя подруга (в прошлом спортсменка) живет в Германии. А там средства массовой информации много внимания уделяют биатлону. Она говорит, что часто встречает в немецкой прессе мою фамилию и сопутствующий ей вопрос: сколько же она выдержит? Наверное, у этой женщины очень сильный характер, если она так долго держится на мужской работе.

- Лена Петрова намекнула на то, что чувствует снисхождение, а порой и пренебрежение со стороны некоторых коллег- мужчин. А вам приходится сталкиваться с подобным?
- У меня сейчас прекрасные отношения со всеми коллегами по цеху во всех странах. Всерьез меня не воспринимали разве что первые пару лет. Но я особо не переживала по поводу того, кто и что обо мне думает. Я никогда никому ничего не хотела доказывать. Просто работаю, а результат сам за себя скажет. Мне было легче, чем Лене, поскольку я начинала работать в Польше. Меня там как спортсменку очень уважали и сразу же восприняли как тренера. Хотя я еще сама не была в себе уверена до конца. В Украине каждый тренер считает себя асом. Кроме того, существует негласное правило, что великий спортсмен никогда не станет великим тренером. Лене Петровой будет намного сложнее еще и потому, что она отвечает за молодежку, а тренируют спортсменов персональные наставники. Ей нужно запастись терпением, правильно себя поставить, а время все расставит по местам. Мне было проще, я сразу получила в свое распоряжение команду.

БЫЛА УВЕРЕНА, ЧТО УЧУСЬ РАДИ КОРОЧКИ

- А вам не кажется, что наши биатлонистки чаще ступают на тяжелый тренерский путь потому, что им намного сложнее найти себя в обычной жизни, чем их коллегам из других сборных?

- Вы абсолютно правы в том, что нам приходится начинать все с нуля после завершения карьеры. Я не могу говорить про мотивы, которые подтолкнули к тренерской работе Петрову или Зубрилову. Хоть и очень хорошо знаю этих людей. Я хотела быть тренером, правда, понимание этого пришло ко мне уже в конце карьеры. В свое время говорила Василию Карленко: зачем мне институт, все равно никогда не буду тренером! Евгений Хохлов у меня на глазах седел, переживая за нас на этапах Кубка мира. Я была твердо уверена, что учусь ради корочки и никогда не повторю его путь. А когда начала работать, поняла, что это мое, что хочу лепить чемпионов из детей. Радуюсь, даже когда добиваюсь маленькой цели. Кто-то скажет, что это за результат - 30-е место? Но я ведь знаю, что раньше эта спортсменка была 75-й. Сегодня в биатлоне, чтобы в шестьдесят лучших попасть, нужно проигрывать меньше минуты лидерам.

- Как бы вы отреагировали на предложение поработать с украинской сборной?
- Ко мне пока никто не обращался. А вот Романа Бондарука президент Федерации биатлона Украины Владимир Брынзак приглашал. С теми девочками, которые сейчас составляют основу украинской сборной, мне бы хотелось поработать. Но пока не вижу в этом смысла. Там сейчас успешно работают другие специалисты. Зачем что-то менять. Я возвращалась из Польши, два года работала с украинской командой до Игр-2002. То, что произошло в Солт-Лейк-Сити, отдельный разговор. Сейчас вспоминаю, сколько сделала тогда ошибок даже не столько в методике тренировок, а в общении со спортсменами. Я слишком мягко и деликатно подошла к делу, разговаривала с ними, как с подругами.

ПАЛКЕ ДАЛА ВОЗМОЖНОСТЬ САМОЙ ПОНЯТЬ, ЧТО ОНА НЕ ПРАВА

- В Польше вам интересно работать?
- Я сейчас тренирую олимпийскую команду, в которой спортсменки от двадцати до тридцати лет. Но порой мне очень хочется сделать шаг назад и поработать с юниорами. В национальную сборную должен приходить спортсмен определенного уровня, как минимум призер юниорского чемпионата мира, и мастерство у него должно быть соответствующее. А ко мне попадают дети, которые еще очень многого не умеют, или еще хуже, умеют, но неправильно. А ведь легче научить с нуля, чем переучить. Иногда на то, чтобы исправить что-то, уходят даже не месяцы, а годы. В польской команде есть очень талантливая девочка Кристина Палка. Но у нее огромная ошибка в технике лыжного бега и ее никак не удавалось убедить, что она делает неправильно. Я дала возможность спортсменке самой понять, что она ошибается, и только потом стала переучивать. Правда, при этом мы потеряли время. Если спортсмену не хватает своих знаний, то он должен иметь огромные уши и большущие глаза, и довериться тренеру.

- Но ведь это, наверное, и есть самое сложное в тренерской работе: наладить контакт со своими подопечными?
- Да, и поэтому я всем тренерам, которые работают с юниорскими командами, советую больше общаться со спортсменами. Говорила об этом и Лене Петровой. Во-первых, надо понять ребенка: нужен ли ему этот вид спорта вообще. Спортсменов следует психологически готовить к ответственности и к тому, что лыжи и винтовку за них в сборной никто носить не будет. Они обязаны трезво оценивать и понимать, на что они идут. Помню, когда в первый раз вернулась после сборов к своему личному тренеру Василию Карленко. Жаловалась: как мне трудно, как не хватает его слов, просила снова взять меня на его тренировку. А он ответил, что я уже прошла этот этап, назад дороги нет. Теперь я должна сама за себя отвечать. Тренеры сборных работают на медали, им некогда нянчиться со спортсменами.

ХОТЕЛА БЫ ИМЕТЬ УЧЕНИЦУ, ПОХОЖУЮ НА ХВОСТЕНКО

- Вы сказали, что хотели бы поработать с украинской командой, а с кем именно?
- Мне очень интересно наблюдать за сестрами Семеренко. Как они стреляют, просто как ведут себя. Валя и Вита очень целеустремленные, знают, чего хотят от спорта, и ни под кого не подстраиваются. У них сильный характер. С интересом слежу за развитием карьеры Оксаны Хвостенко. Я бы хотела иметь ученицу, похожую на нее. Оксана уравновешенный и очень тактичный человек. Спортсмены после нагрузок делаются очень восприимчивыми, но она всегда спокойна и даже если ей что-то не нравится, умеет это скрыть. У нее очень хороший тандем с Николаем Зоцем. Он говорит, она слушает и выполняет.

-Что вы чувствовали, наблюдая за блестящим выступлением украинских биатлонисток на чемпионате мира в Швеции?
- Радость. В какой бы не была стране, сердцем и душой переживаю за Украину. Всегда поздравляю наших девчонок и ребят с успехами. Иногда они обращаются ко мне за советом, как к нейтральному человеку. Часто просто обсуждаем какие-то житейские вопросы.

ПОЛЯКИ ВСЕ СЛЫШАТ, НО НИЧЕГО НЕ ГОВОРЯТ

- А когда на трассе борются украинский и польский биатлонисты, на чьей стороне ваши симпатии?

- Болею за обоих. Во время гонок я стою на стрельбище. Роман по рации все время спрашивает меня, как там Хвостенко, как отстрелялась Яковлева, как дела у Дериземли. Поляки, естественно, все это слышат, но ничего нам не говорят.

- А где вы чувствуете себя дома: в Украине или в Польше?
- Вообще, хорошо везде, где есть друзья. В Варшаву ездим только, когда нужно утвердить план на сезон или уладить еще какие-то бумажные дела. Мы с мужем сразу решили, что жить будем в Киеве. Сумы мне тоже очень нравятся, но до них еще нужно добираться из столицы. А ведь мы и так все время в дороге. Путешествуем по сборам и соревнованиям вместе со сборной Польши. Все свободное время стараюсь проводить дома, цветы развела. Правда, теперь переживаю, как они там без меня. А на сборах у меня ни на что, кроме работы, сил не остается. Много читаю специализированной литературы, стараюсь заполнить пробелы в образовании. А иногда хочется просто выспаться. Меня ведь спортсмены в покое не оставляют даже в перерывах между тренировками. Тренерка (так обращаются ко мне поляки), зайдите к нам после обеда, нужно поговорить. Мужская команда совершенно другая. А женщинам, независимо от того, какого они возраста, хочется, чтобы их нянчили.


Анна САВЧИК, газета «СЭ в Украине»

Источник Sport.ua
Оцените материал
(1)
Сообщить об ошибке

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ

Комментарии 0
Введите комментарий
Вы не авторизованы
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.