БЕЛОВА: «Мы делим жизнь на сезоны»

Украинскому биатлону исполнилось 45 лет

БЕЛОВА: «Мы делим жизнь на сезоны»

На прошлой неделе самый урожайный на олимпийские медали зимний вид спорта в Украине отпраздновал свой 45-летний юбилей. Именно биатлонистка Лилия Ефремова принесла одну из двух наших наград на прошлых Играх в Турине. А до этого была бронза Валентины Цербе в Лиллехамере-1994, серебро Елены Петровой в Нагано-1998 и... роковой провал на Играх-2002 в Солт-Лейк-Сити.

Задержавшись возле стенда со старыми фотографиями в концерт-холле «Freedom», где проходила церемония «Золотая десятка биатлона», очаровательная блондинка в черном платье остановила свой взгляд на фотографии Татьяны Водопьяновой - первой украинки, выигравшей этап Кубка мира. «Как жаль, что она так рано ушла из большого спорта, у нее было столько сил, столько энергии, - грустно отметила она. - После того, как украинская команда развалилась, мы попытались помочь ей продолжить карьеру в Польше. Но, к сожалению, бюрократия оказалась сильнее нас». 

Сегодня имя Надежды Беловой в мире биатлона ассоциируется со сборной Польши. Но болельщики со стажем помнят, что именно она стала первой украинкой, поднявшейся на высшую ступеньку чемпионата мира в Фалуне-1986. Именно с успехов Надежды Беловой началось золотое десятилетие женского биатлона Украины.

ЖИВУ В КИЕВЕ, РАБОТАЮ В ПОЛЬШЕ

- Я так давно не видела своих подруг и друзей по команде, - начала разговор с корреспондентом «СЭ» Надежда Белова. - И не знаю, сколько бы еще не видела, если бы не этот вечер. С действующими украинскими биатлонистами часто пересекаюсь на этапах Кубка мира. А вот со многими представителями старого поколения, стартовавшего еще в восьмидесятые, не общалась уже лет пятнадцать. Многие поменяли сферу деятельности. Я хоть и осталась в спорте, живу в Киеве, но работаю в Польше.

- Встретившись, вспоминали эпизоды из общего спортивного прошлого или же больше говорили о делах житейских?
- Со всеми по-разному. С Леной Петровой, например, обсуждали рабочие моменты. Она - молодой тренер, а у меня все-таки уже есть определенный опыт общения со спортсменами. Вообще, мы с ней поддерживаем связь, общаемся по телефону, она бывает в гостях у нас в Киеве. Других девчонок, конечно, больше расспрашивала о жизни. С Леной Зубриловой мы время от времени еще пересекались на соревнованиях. Она работает с белорусскими юниорами и иногда привозит их на взрослые старты. А вот Валю Цербе в последний раз видела лет пять назад, Ирину Меркушину - еще до рождения второй дочери. Нина Лемеш возвращалась в спорт после декретного отпуска и мы с ней встречались на Кубках мира. Хотя с того момента, как она завершила карьеру, прошло уже четыре сезона. Мы всю жизнь делим не на года, а на сезоны.

- А вы верили в то, что украинский биатлон поднимется на прежний уровень после той роковой Олимпиады в Солт-Лейк-Сити?
- Конечно, верила. Я всегда знала, что наша школа очень сильная, а теперь мне еще и есть с чем сравнивать. Поработав в польском биатлоне, я более четко увидела все плюсы украинского. Их намного больше, чем минусов. И дело не только в методике. Начнем с того, что у нас есть специализация «биатлон» в институте физкультуры. В Польше разве что курсы. Поэтому здесь тренерский коллектив - свыше ста человек, а там от силы двадцать наберется. Наши специалисты привыкли полностью отдаваться своему делу, фанатично работать на результат. Отсюда и успехи на мировой арене.

- Не получится ли, что польский биатлон вообще умрет после того, как завершит карьеру лидер сборной Томаш Сикора?
- Томаш выступит на Олимпиаде в Ванкувере. А после этого, вероятно, действительно уйдет из спорта. В Польше есть талантливые ребята, но самому старшему из них двадцать  лет, а остальные еще младше. Придется подождать, пока они выйдут на уровень высоких результатов.

ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ, КОМУ СКАЗАТЬ СПАСИБО

- В вашей карьере были старты, вспоминая о которых вы до сих пор кусаете себе локти?
- Мне легче ответить на вопрос, какой гонкой я довольна, потому что она одна. Это золотая для нас эстафета в швейцарском Эдере. Оценивая себя с позиции тренера, понимаю, что сделала все, что умела на тот момент, и сделала хорошо. А так у меня от всех гонок чувство неудовлетворенности осталось. Я вообще человек самокритичный. Всегда считала, что можно быстрее пробежать, точнее стрельнуть.

- Как тренер, вы более везучая, чем как спортсменка?
- Мне всегда везло с тренерами.  И если у меня что-то где-то не получалось, то только потому, что мне не хватало таланта. Я очень благодарна судьбе за то, что на моем жизненном пути встретился Василий Павлович Карленко. Мы познакомились во время чемпионата СССР. Именно он предложил мне переехать из Казахстана в Украину. И очень долго был моим личным наставником и тренером сборной Украины. Евгения Ивановича Хохлова, который тогда работал с советской сборной, просто обожаю. Он для нас всех был как отец. Сейчас, когда я сама тренер, очень часто вспоминаю, что и как он говорил.

- Многим украинским биатлонисткам очень тяжело было найти себя после спорта. К примеру, обладательница первой «зимней» олимпийской медали в истории независимой Украины Валентина Цербе даже на базаре торговала. А у вас, такое впечатление, все прошло легко и безболезненно?
- Да, и я даже не знаю, кому сказать спасибо за это. Завершила я карьеру в 1996-м. Хотела год вообще ничем не заниматься. В это время моего мужа Романа Бондарука пригласили на должность директора спортивного лицея в Польше. Я поехала с ним, планировала просто отдохнуть. Но меня там все знали и предложили тренерскую работу в школе. Я согласилась, правда, очень переживала, как же буду с детьми общаться, не зная ни одного слова по-польски. Но, к моему счастью, одна девочка очень хорошо говорила по-русски. А через два месяца сама я уже овладела языком.

НЕМЕЦКИЕ ГАЗЕТЫ ПИСАЛИ: СКОЛЬКО ЖЕ ОНА ВЫДЕРЖИТ?

- В биатлоне женщин-тренеров можно на пальцах одной руки пересчитать. Вы, Лена Зубрилова, а теперь еще и Лена Петрова. Почему?
- Одной руки это громко сказано. На уровне национальной сборной работаю пока только одна я. Моя подруга (в прошлом спортсменка) живет в Германии. А там средства массовой информации много внимания уделяют биатлону. Она говорит, что часто встречает в немецкой прессе мою фамилию и сопутствующий ей вопрос: сколько же она выдержит? Наверное, у этой женщины очень сильный характер, если она так долго держится на мужской работе.

- Лена Петрова намекнула на то, что чувствует снисхождение, а порой и пренебрежение со стороны некоторых коллег- мужчин. А вам приходится сталкиваться с подобным?
- У меня сейчас прекрасные отношения со всеми коллегами по цеху во всех странах. Всерьез меня не воспринимали разве что первые пару лет. Но я особо не переживала по поводу того, кто и что обо мне думает. Я никогда никому ничего не хотела доказывать. Просто работаю, а результат сам за себя скажет. Мне было легче, чем Лене, поскольку я начинала работать в Польше. Меня там как спортсменку очень уважали и сразу же восприняли как тренера. Хотя я еще сама не была в себе уверена до конца. В Украине каждый тренер считает себя асом. Кроме того, существует негласное правило, что великий спортсмен никогда не станет великим тренером. Лене Петровой будет намного сложнее еще и потому, что она отвечает за молодежку, а тренируют спортсменов персональные наставники. Ей нужно запастись терпением, правильно себя поставить, а время все расставит по местам. Мне было проще, я сразу получила в свое распоряжение команду.

БЫЛА УВЕРЕНА, ЧТО УЧУСЬ РАДИ КОРОЧКИ

- А вам не кажется, что наши биатлонистки чаще ступают на тяжелый тренерский путь потому, что им намного сложнее найти себя в обычной жизни, чем их коллегам из других сборных?

- Вы абсолютно правы в том, что нам приходится начинать все с нуля после завершения карьеры. Я не могу говорить про мотивы, которые подтолкнули к тренерской работе Петрову или Зубрилову. Хоть и очень хорошо знаю этих людей. Я хотела быть тренером, правда, понимание этого пришло ко мне уже в конце карьеры. В свое время говорила Василию Карленко: зачем мне институт, все равно никогда не буду тренером! Евгений Хохлов у меня на глазах седел, переживая за нас на этапах Кубка мира. Я была твердо уверена, что учусь ради корочки и никогда не повторю его путь. А когда начала работать, поняла, что это мое, что хочу лепить чемпионов из детей. Радуюсь, даже когда добиваюсь маленькой цели. Кто-то скажет, что это за результат - 30-е место? Но я ведь знаю, что раньше эта спортсменка была 75-й. Сегодня в биатлоне, чтобы в шестьдесят лучших попасть, нужно проигрывать меньше минуты лидерам.

- Как бы вы отреагировали на предложение поработать с украинской сборной?
- Ко мне пока никто не обращался. А вот Романа Бондарука президент Федерации биатлона Украины Владимир Брынзак приглашал. С теми девочками, которые сейчас составляют основу украинской сборной, мне бы хотелось поработать. Но пока не вижу в этом смысла. Там сейчас успешно работают другие специалисты. Зачем что-то менять. Я возвращалась из Польши, два года работала с украинской командой до Игр-2002. То, что произошло в Солт-Лейк-Сити, отдельный разговор. Сейчас вспоминаю, сколько сделала тогда ошибок даже не столько в методике тренировок, а в общении со спортсменами. Я слишком мягко и деликатно подошла к делу, разговаривала с ними, как с подругами.

ПАЛКЕ ДАЛА ВОЗМОЖНОСТЬ САМОЙ ПОНЯТЬ, ЧТО ОНА НЕ ПРАВА

- В Польше вам интересно работать?
- Я сейчас тренирую олимпийскую команду, в которой спортсменки от двадцати до тридцати лет. Но порой мне очень хочется сделать шаг назад и поработать с юниорами. В национальную сборную должен приходить спортсмен определенного уровня, как минимум призер юниорского чемпионата мира, и мастерство у него должно быть соответствующее. А ко мне попадают дети, которые еще очень многого не умеют, или еще хуже, умеют, но неправильно. А ведь легче научить с нуля, чем переучить. Иногда на то, чтобы исправить что-то, уходят даже не месяцы, а годы. В польской команде есть очень талантливая девочка Кристина Палка. Но у нее огромная ошибка в технике лыжного бега и ее никак не удавалось убедить, что она делает неправильно. Я дала возможность спортсменке самой понять, что она ошибается, и только потом стала переучивать. Правда, при этом мы потеряли время. Если спортсмену не хватает своих знаний, то он должен иметь огромные уши и большущие глаза, и довериться тренеру.

- Но ведь это, наверное, и есть самое сложное в тренерской работе: наладить контакт со своими подопечными?
- Да, и поэтому я всем тренерам, которые работают с юниорскими командами, советую больше общаться со спортсменами. Говорила об этом и Лене Петровой. Во-первых, надо понять ребенка: нужен ли ему этот вид спорта вообще. Спортсменов следует психологически готовить к ответственности и к тому, что лыжи и винтовку за них в сборной никто носить не будет. Они обязаны трезво оценивать и понимать, на что они идут. Помню, когда в первый раз вернулась после сборов к своему личному тренеру Василию Карленко. Жаловалась: как мне трудно, как не хватает его слов, просила снова взять меня на его тренировку. А он ответил, что я уже прошла этот этап, назад дороги нет. Теперь я должна сама за себя отвечать. Тренеры сборных работают на медали, им некогда нянчиться со спортсменами.

ХОТЕЛА БЫ ИМЕТЬ УЧЕНИЦУ, ПОХОЖУЮ НА ХВОСТЕНКО

- Вы сказали, что хотели бы поработать с украинской командой, а с кем именно?
- Мне очень интересно наблюдать за сестрами Семеренко. Как они стреляют, просто как ведут себя. Валя и Вита очень целеустремленные, знают, чего хотят от спорта, и ни под кого не подстраиваются. У них сильный характер. С интересом слежу за развитием карьеры Оксаны Хвостенко. Я бы хотела иметь ученицу, похожую на нее. Оксана уравновешенный и очень тактичный человек. Спортсмены после нагрузок делаются очень восприимчивыми, но она всегда спокойна и даже если ей что-то не нравится, умеет это скрыть. У нее очень хороший тандем с Николаем Зоцем. Он говорит, она слушает и выполняет.

-Что вы чувствовали, наблюдая за блестящим выступлением украинских биатлонисток на чемпионате мира в Швеции?
- Радость. В какой бы не была стране, сердцем и душой переживаю за Украину. Всегда поздравляю наших девчонок и ребят с успехами. Иногда они обращаются ко мне за советом, как к нейтральному человеку. Часто просто обсуждаем какие-то житейские вопросы.

ПОЛЯКИ ВСЕ СЛЫШАТ, НО НИЧЕГО НЕ ГОВОРЯТ

- А когда на трассе борются украинский и польский биатлонисты, на чьей стороне ваши симпатии?

- Болею за обоих. Во время гонок я стою на стрельбище. Роман по рации все время спрашивает меня, как там Хвостенко, как отстрелялась Яковлева, как дела у Дериземли. Поляки, естественно, все это слышат, но ничего нам не говорят.

- А где вы чувствуете себя дома: в Украине или в Польше?
- Вообще, хорошо везде, где есть друзья. В Варшаву ездим только, когда нужно утвердить план на сезон или уладить еще какие-то бумажные дела. Мы с мужем сразу решили, что жить будем в Киеве. Сумы мне тоже очень нравятся, но до них еще нужно добираться из столицы. А ведь мы и так все время в дороге. Путешествуем по сборам и соревнованиям вместе со сборной Польши. Все свободное время стараюсь проводить дома, цветы развела. Правда, теперь переживаю, как они там без меня. А на сборах у меня ни на что, кроме работы, сил не остается. Много читаю специализированной литературы, стараюсь заполнить пробелы в образовании. А иногда хочется просто выспаться. Меня ведь спортсмены в покое не оставляют даже в перерывах между тренировками. Тренерка (так обращаются ко мне поляки), зайдите к нам после обеда, нужно поговорить. Мужская команда совершенно другая. А женщинам, независимо от того, какого они возраста, хочется, чтобы их нянчили.


Анна САВЧИК, газета «СЭ в Украине»

Подписывайся на наш канал в Telegram и узнавай все самые свежие новости первым!

Источник — Sport.ua

(1 голос)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Новости партнеров
Загрузка...
Комментарии
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.
Продолжая просматривать SPORT.UA, Вы подтверждаете, что ознакомились с Политикой конфиденциальности