Феноменальный Валуев

Досье на российского тяжеловеса

Феноменальный Валуев

В сентябре 1997 года в московском цирке на Цветном бульваре проходил очень редкий тогда для наших широт достаточно серьезный профессиональный боксерский турнир. Сейчас уже не помню, почему я на него не попал. Но очень жалел об этом и наутро бросился наводить справки. Первый же человек, кому я позвонил, был полон восторгов и начал со слов: "Там было такое! Такое!!!"
 
Сначала я подумал, что эти восклицания относятся к главному событию того дня - бою Олега Маскаева с Алексом Стюартом, но мой собеседник тут же развеял эти заблуждения: "Из Питера к нам такой Кинг Конг приехал! Три метра ростом! Килограммов двести весом! Через верхний канат ногу перекидывает, когда на ринг выходит!"
 
Отступление лирическое, древнеримское
 
  Был такой древнеримский император Максиминус Фракиец. Правил он недолго, в 235 - 238 годах нашей эры, и вряд ли оставил бы заметный след в истории, если бы не несколько обстоятельств. Во-первых, он стал первым так называемым солдатским императором, то есть возведенным на трон исключительно армией. Во-вторых, он стал первым римским императором, который никогда не был в Риме. До своей столицы Максиминус так и не добрался. Все воевал, а потом его убили, как и многих императоров до и после него.
 
  Однако даже не эти весьма интересные обстоятельства привлекали к нему такое большое внимание. Было еще одно, сделавшее его легендой при жизни и особенно после смерти. Максиминус был гигантом. По свидетельствам современников, его рост был около 260 см. Честно говоря, сомневаюсь. В истории было множество гигантов, от которых остались не только чьи-то воспоминания, но еще и скелеты, при измерении которых неизменно оказывалось, что их реальный рост был намного меньше, чем тот, который им приписывали. Преувеличения обычно составляли около 50 см.
 
 Так что, видимо, Максиминус был ростом где-то около 210 - 220 см, как и Николай Валуев. Тоже немало, особенно учитывая, что средний рост древних римлян был меньше 160 см. Кроме того, судя по сохранившимся скульптурным изображениям, Максиминус был очень пропорционально сложен. Выглядел он так, как будто здоровяка среднего роста взяли да и увеличили раза в полтора. Эффект получался ошеломляющий. К тому же его физическая сила точно соответствовала габаритам.
 
 Кстати, Максиминус, судя по всему, был весьма толковым, хотя и жестоким императором. Может быть, он и не стал бы Петром I своего времени, но был явно умнее тех, кто пришел ему на смену и кто после его убийства незамедлительно объявил его примитивным монстром. Однако этому быстро и легко поверили. Дело в том, что именно так люди обычно воспринимают гигантов - может быть, подсознательно мстя им за их физическое превосходство. Все эти выражения типа "сила есть, ума не надо" - явления того же порядка.
 
  Не сомневаюсь, что если бы Петра I убили так же рано, как Максиминуса, его бы тоже ославили как злобного трехметрового монстра, склонного к странным чудачествам и бредившего каким-то окном в Европу.
 
Гигант Валуев
 
  Тем не менее габариты были действительно первым, что бросалось в глаза при виде Валуева. Я впервые встретился с ним в марте 1998 года, перед турниром в "Олимпийском", в котором среди прочих принял участие будущий чемпион мира в тяжелом весе Хасим Рахман.
 
  На предматчевую пресс-конференцию тогда гурьбой пришла развеселая американская делегация. Развеселая потому, что боксеров в полный восторг привели снег и холодная погода. Вскоре американцы расселись на небольшой сцене. Журналисты гадали, кто из них Хасим Рахман, которого почти никто тогда не знал в лицо. Решили, что самый здоровенный, усевшийся в центре: ростом где-то 195 - 198 со сложением киношного спасителя человечества.
 
 На самом деле это был не Рахман, а будущий соперник Валуева - Джим Хаффман. Он очень самоуверенно оглядывался по сторонам и вообще вел себя как виновник торжества. Но неожиданно лицо Хаффмана посерело, глаза выпучились, а челюсть слегка отвисла, и он непроизвольно сделал такое движение, как будто хотел сползти со стула под стол. Я посмотрел туда, куда затравленно уставились глаза Хаффмана, и увидел только что вошедшего в зал Валуева.
 
  После общей пресс-конференции я пошел брать у Николая интервью. Валуев сидел за столом, а я решил не садиться и как-то переминался с ноги на ногу. Для разговора с человеком таких размеров нужно, как и в боксерском поединке, правильно выбрать дистанцию. Я выбрал неправильно: подошел слишком близко. В результате понял, что ощутил пушкинский Руслан, когда говорил с гигантской головой, врытой в землю, и чувствовал себя крайне неловко. Валуев добродушно улыбался уголками глаз, глядя на мое мельтешение в пространстве, и на редкость точно и спокойно отвечал на вопросы.
 
  На следующий день Хаффман заявил, что у него нестерпимо болит рука и на ринг он при всем огромном желании выйти никак не может. При этом с его лица не сходило выражение какого-то тотального ужаса. Но на ринг его все-таки вытолкали. Уж не знаю, что ему сказали. Наверное, что не только ничего не заплатят, но еще и неустойку влепят такую, что он полжизни будет платить. Там Хаффман несколько раз упал за полтора раунда, а когда бой остановили, стал вести себя в стиле "держите меня семеро, а то я просто не знаю, что щас с ним сделаю". Думаю, если бы вдруг случилось чудо, и рефери изменил свое решение, и Хаффману представили бы возможность продолжить бой, чего он вроде бы добивался, бедовый американец тут же упал бы в обморок.
 
 Однако стоит признать, что как боксер Валуев тогда особого впечатления не произвел - особенно на фоне того, что устроил в одном из последующих боев Хасим Рахман своему близкому другу (это действительно так) Мелвину Фостеру.
 
Ученик Валуев
 
 Надо отдать должное менеджеру Валуева и в прошлом известному боксеру Олегу Шалаеву - за то, что он разглядел в огромном толкателе ядра боксерский потенциал и сумел убедить его принять, возможно, главное решение в жизни. Сам Николай признавал, что одним из главных побудительных мотивов перехода в бокс был финансовый. Ведь первая половина 90-х была временем нелегким, и, как никогда, хотелось стабильности и твердого заработка.
 
 Свой первый профессиональный бой Валуев провел в конце 1993 года, когда ему было уже двадцать, в Германии. После этого были три поединка в Петербурге, а затем наш герой поехал по миру: Англия, Австралия, Америка, Япония. Он везде пользовался успехом, но везде же при этом его рассматривали не столько как боксера, сколько как ходячее шоу.
 
 Именно так воспринимал его и мой приятель (кстати, мастер спорта по боксу), увидевший Валуева в Москве в сентябре 1997-го. Когда я спросил его о перспективах Николая, он сказал: "Нет, ничего не получится. Он все делает правильно, но слишком поздно пришел в бокс. Да и потом: таких боксеров не бывает". Последнюю фразу я впоследствии слышал множество раз.
 
 Тем не менее Валуев от боя к бою набирался опыта и мастерства - но очень понемногу, как бы поднимаясь по лестнице с мелкими ступенями. И все же главной его "фишкой" оставалось не то, что умел он сам, а то, чего не умели его противники. А именно: никто не умел работать с соперником настолько выше себя ростом.
 
 Здесь мы переходим к одному известному, но часто замалчиваемому феномену: крупные тяжеловесы не умеют работать с еще более крупными. Они всю жизнь были больше всех, вся их техника основывалась на том, что противник ниже, и тут вдруг ТАКОЕ! Николай же, в свою очередь, стал осваивать контратакующий "школьный" бокс, который ему идеально подходил. Он удерживал противника на нужной дистанции левой рукой, время от времени подключая правую. Не случайно мой приятель сразу сказал о Валуеве, что тот "все делает правильно".
 
 Однако тогда больше говорили не о достоинствах Валуева, а о его недостатках, а их, как нетрудно предположить, тоже хватало. Так, многие обратили внимание, что в тех редких случаях, когда бой затягивался, Николаю не хватало выносливости. Это ярко проявилось во втором бою Валуева в московском цирке - с американцем Джеймсом Гейнсом, в июне 1998 года, когда он не смог добить своего потрясенного противника и ему впервые пришлось боксировать все шесть раундов, которые отводились на этот поединок по регламенту. Причем недостаток выносливости сказывался не только в последних раундах, но и на последней минуте каждого раунда, начиная с четвертого.
 
  Скептики тогда увидели в этом лишнее доказательство того, что из Валуева "никогда ничего не получится". Также многие говорили о том, что у Николая так называемый толкающий удар, то есть что он замедленный и в нем нет акцента, и это было в значительной мере справедливо.
 
  Вместе с тем никто не отрицал, что сама фигура Валуева привлекает большое внимание к боксу. Лично я, когда "пиарил" турнир в цирке в июне 1998-го, в качестве главной завлекалочки избрал именно Валуева, а не выступавшего в той же программе Маскаева и тщетно пытался объяснить тогдашнему менеджеру последнего Стиву Трунову, что это и в интересах Олега, так как на него самого народ не пойдет, а пойдут на Валуева, и уж там-то на месте разберутся, кто из них более достоин внимания.
 
   Кстати, так тогда все и вышло. У Валуева бой с Гейнсом получился довольно невыразительным, а Маскаев провел один из своих лучших поединков с южноафриканцем Кариджем Шабалалой и после этого надолго утвердился в качестве лучшего российского тяжеловеса. Ну а Валуеву отвели место своего рода циркового бойца, и пребывал он на нем достаточно долго.
 
Артист Валуев
 
  Не могу сказать, что я много общался с Валуевым, но все-таки несколько раз брал интервью и несколько раз разговаривал просто так. Впечатление осталось очень приятное: умный, спокойный и добрый мужик. Я бы сказал, что Николай как раз из тех, с кем можно пойти в разведку, если бы не одно обстоятельство: с таким напарником тебя быстренько обнаружат и долбанут из самого крупного калибра. Валуеву-то, может, и ничего, а от тебя не останется даже пресловутого мокрого места.
 
 В целом мне казалось, что я составил о нем довольно полное представление, до тех пор пока не увидел Николая в передаче "Городок" пару лет назад. Вкратце перескажу для тех, кто не видел. Эпизоды шли в разделе "Приколы нашего городка". Какая-то дурковатая баба приезжала в разные конторы, долбилась в дверь, а потом что-то истерично объясняла тем, кто имел несчастье ей открыть. Понять ничего было невозможно, кроме одной загадочной фразы: "Вам назначен ремонт". Охранники высокомерно пожимали плечами и закрывали двери. А затем приезжал Валуев и начинал флегматично закрашивать окно конторы белой краской.
 
 В разных местах на это реагировали по-разному. Из одного, судя по всему серьезного, офиса как горох выкатились сразу человек пять охранников. Выкатились - и остолбенели. Потом стали робко объяснять Николаю, что так делать не надо, и еще осторожнее спрашивали, кто ему это поручил. Валуев очень естественно ссылался на бригадира и вообще играл замечательно: будь я на месте охранников и не знай, кто он такой, я бы купился.
 
 Из другой конторы выскочила бедовая женщина средних лет и стала налетать на Валуева, как курица, защищающая своих цыплят, даже толкалась, что выглядело просто восхитительно. Вообще, отвагу в разговорах с ним во всех эпизодах проявляли только женщины. Оказавшись под огнем, Николай сохранил полную доброжелательную невозмутимость и по-прежнему ссылался на бригадира. Когда он, явно сочувствуя атакующей женщине и словно стараясь всем своим большим телом войти в ее тяжелое положение, сказал: "Ну, да, странноватая она, но я же бригадиров себе не выбираю", - я чуть не упал со стула. Тут поверил бы не только я, но и Станиславский.
 
Однако при всем несомненном успехе Валуева в новом амплуа оставался вопрос: состоится ли он как боксер? А на носу уже были серьезные изменения в его карьере, к которым многие оказались не готовы.
 
Отступление лирическое, внеисторическое
 
 Все люди до некоторой степени рабы своего слова. Если ты когда-то что-то сказал, то, скорее всего, и потом всеми силами будешь доказывать, что был тогда прав. Допустим, если ты специалист по бегу на короткие дистанции и сказал, что из спринтера Убегайло никогда ничего не выйдет, то будешь настаивать на своей правоте, даже когда Убегайло станет олимпийским чемпионом. Конечно, а как же иначе? Просто Убегайле повезло: во время забега ветер удачно дунул ему в спину, а его соперникам в то же самое время - в лицо. А еще они всемером подвернули правые ноги на старте, а коварный Убегайло - не подвернул.
 
 Не любим мы признавать ошибки и мстим тем, на чей счет ошиблись. Вот мне и кажется, что Валуев до некоторой степени стал жертвой этого "синдрома неошибающегося эксперта". Все те, кто когда-то успел озвучить свои скептические взгляды на его будущее, теперь либо молчат, либо всеми силами доказывают, что они все-таки были правы. Это жизнь не права.
 
  Между прочим, Валуев в конце 90-х был настолько новым явлением для нашего спорта, что нет ничего удивительного в том, что его тогда большинство специалистов не признали, потому что именно экспертам свойственна определенная консервативность. В этой связи я бы еще раз хотел отметить заслугу Олега Шалаева, который, будучи выходцем из классической советской школы бокса, сумел разглядеть в Валуеве большой потенциал.
 
  Однако в целом как раз люди, пришедшие со стороны, а потому более открытые всему новому, бывают способны распознать звездный потенциал в новом явлении. Так было и в этом случае.
 
 Один из пионеров боксерского бизнеса в нашей стране, покойный Михаил Сорин, с которым я познакомился почти одновременно с Валуевым, в одном из первых наших разговоров огорошил меня вопросом: "Что ты думаешь о Валуеве?" Я говорю "огорошил", потому что не был готов к этому вопросу и откровенно не хотел на него отвечать, боясь попасть впросак. Но, так как меня застали врасплох, я поневоле сказал то, что думал: "Не знаю. Вообще-то, если исходить из истории, то гиганты никогда ничего серьезного в боксе не достигали. С другой стороны, если его подучить, боксировать с ним будет почти невозможно".
 
 Честно говоря, я ожидал, что Сорин начнет меня стыдить даже за такой скромный оптимизм в отношении Николая, но ошибся. "Он гораздо сильнее, чем многие сейчас думают, - сказал Миша. - И у него большой потенциал, если с ним правильно поработать".
 
  Не знаю, собирался ли Сорин с ним работать. Он вскоре умер. Есть люди, которые умеют дружить. Мы с ним были знакомы меньше года, а с его смерти прошло шесть лет, и мне по-прежнему его не хватает. Миша, насколько я знаю, никогда сам не занимался боксом, и поэтому к его мнению многие относились весьма снисходительно, но он всерьез "заболел" боксом, отдавал ему много сил и денег, стал в нем, по-моему, очень неплохо разбираться и сделал много хорошего. В частности, он принял очень большое участие в подготовке чемпиона мира среди профессионалов в первом легком весе Анатолия Александрова.
 
  Помню, когда я рассказал одному очень уважаемому в мире бокса человеку, что сказал Сорин о Валуеве, тот ответил: "Да что этот Сорин понимает!" Думаю, сейчас, если ему об этом напомнить, он скажет, что ничего подобного не говорил. На самом деле Миша разбирался в боксе совсем неплохо и смотрел на Валуева незашторенными глазами человека, не отягченного традиционалистскими взглядами, потому что у него не было времени усвоить эти самые взгляды. Это был тот самый случай, когда "со стороны виднее".
 
  Именно поэтому Сорин и разглядел то, что было скрыто от людей, разбиравшихся в боксе гораздо лучше его. Так или иначе, но, на мой взгляд, право в этом случае оказалось меньшинство. Кстати, себя я к нему не отношу. Я в общем и целом думал так же, но слишком сомневался - и часто не верил сам себе.
 
Боксер Валуев
 
 Правда, кое в чем я никогда не сомневался: а именно, в том, что никому в бою с Валуевым не будет легко, хотя бы потому, как я уже говорил, что в этом поединке любому боксеру придется решать те проблемы, с которыми он никогда ранее не сталкивался. Таких множество, назову только главные, на мой взгляд.
 
 Во-первых, нужно выйти на ударную для себя, а не для Валуева дистанцию, то есть пройти очень значительный отрезок расстояния, на котором сам ты находишься под обстрелом, а в ответ можешь только махать руками. Даже когда это удается, это сильно изматывает. Во-вторых, ты очень скоро убедишься, что, когда противник тяжелее тебя чуть ли не в полтора раза (обычный боевой вес Валуева - около 150 кг), это создает массу неудобств. В-третьих, тебе придется бить под очень неудобным углом, а подготовиться к этому ты сможешь только на снарядах, но не со спарринг-партнерами. В-четвертых, тебе вообще придется все время очень высоко держать руки, что само по себе утомляет. В-пятых, некоторые удары Валуева уникальны ввиду его же уникальных физических данных, и защищаться от них весьма трудно (чуть ниже об этом будет сказано подробнее). Наконец, тебе придется решать проблему силы валуевского удара.
 
  Нет, я не оговорился. Как и многих гигантов на ринге до него, Валуева часто упрекали за "толчковый" удар, за недостаток резкости и акцента. Но здесь важно определиться, о силе какого удара мы говорим. Если о максимальной силе удара, то, может быть, в этом компоненте Валуев кому-то и уступит, однако его значение не стоит переоценивать. Так, Константин Цзю, выступавший в любительские времена в категории до 60 кг, обладал третьим или четвертым по силе ударом во всей сборной. Однако это не означало, что даже он с его колоссальным талантом мог выйти боксировать против лучших полутяжей или тяжеловесов.
 
 Нанести удар с максимальной силой в бою удается крайне редко, поэтому куда важнее сила среднего силового удара и сила джеба, а здесь преимущество в весе сразу сказывается. Да и фактор роста имеет огромное значение. Мне довелось как-то увидеть в спортзале, как очень средний тяж одним только повторяющимся джебом довел своего соперника, сильно уступавшего ему в росте и весе, но далеко превосходившего в классе бокса, почти до полуобморочного состояния. Да, даже плохой линкор в артиллерийской дуэли всегда потопит самый лучший крейсер. Тренер просто остановил спарринг, видя, что дело принимает нехороший оборот. Джеб - удар, который чаще всего пропускают в боксе, а если вы уступаете сопернику в росте сантиметров 25 и процентов 30 в весе, вам от его джеба придется совсем тяжко.
 
  Кроме того, мне довелось поговорить с несколькими людьми, кто дрался с Валуевым или спарринговал с ним, и никто мне не говорил, что он слабо бьет. Все как раз говорили, что его удары выглядят гораздо слабее, чем они есть на самом деле.
 
Чемпион Валуев?
 
  И все-таки Николаю долго не удавалось реализовать то, что дано ему от природы. Ситуация стала исправляться только с появлением в его углу тренера Манвела Габриэляна, а поворотным моментом стал бой Валуева с итальянцем Паоло Видоцом в октябре прошлого года, когда мы все, кто с удивлением, кто с радостью, увидели совсем другого боксера.
 
 Во-первых, Валуев стал в полной мере пользоваться преимуществом в росте, то есть джебом. Фактически он выиграл бой почти одним джебом. В течение большей части встречи он легко удерживал Видоца на нужной дистанции этим ударом, и, судя по тому, как итальянца время от времени от него перетряхивало, было ясно, что силы в этом ударе ох как хватает.
 
  Во-вторых, у Николая появилась своя очень оригинальная "коронка". Пользуясь невероятной длиной руки, он частенько в ближнем (для себя) бою наносил правый боковой согнутой в локте рукой в обвод защиты. При этом согнутая левая рука Видоца, прикрывавшая голову, оказывалась внутри локтевого сгиба правой руки Николая, не мешая ничему, а кулак Валуева врезался ему в район уха не под прямым углом, а под углом значительно больше 90 градусов к оси головы, то есть несколько сзади. Насколько я знаю, ни один другой тяжеловес сегодня не может пользоваться этим ударом: просто длины руки не хватит.
 
 В-третьих, теперь уже даже самому законченному скептику было видно, что любой удар Николая таит в себе опасность. Может быть, резкости по-прежнему не хватало, но чудес на свете не бывает: если ты весишь 150 кг, особой резкости у тебя быть не может. Однако сила удара зависит ведь не только от скорости, но и от массы бьющего предмета. Дубовым поленом не надо бить особенно резко, чтобы добиться сокрушительного эффекта. Вот и Валуеву нет особой необходимости бить особенно резко: хватит и так, и да поможет Господь тому, кто попадется ему под руку. Кстати, после боя стало известно, что он сломал Видоцу челюсть, да и вообще итальянец, боксер чрезвычайно стойкий, много говорил о том, как сильно Валуев бьет.
 
  В-четвертых, нет никаких сомнений в том, что проблемы с выносливостью у Николая успешно решены. В девятом раунде, когда бой наконец остановили и отправили Видоца в больницу, Валуев выглядел абсолютно свежим.
 
 В-пятых, Николай хорошо двигался, причем не хаотично, а совершенно осознанно.
 
 Кроме того, осталось то хорошее, что было у Валуева всегда: в тех редких случаях, когда Видоц попадал, в частности своим коронным правым кроссом или прямым, Валуев прекрасно держал удар. Кроме того, у него на протяжении всего боя сохранялся отличный контакт с тренером. Николай не кивал, как китайский болванчик, в ответ на темпераментные советы и комментарии Габриэляна, а внимательно слушал.
 
 В целом надо сказать, что редко доводится видеть такой серьезный и быстрый прогресс у боксера после 30 лет, как у Валуева в этом бою. Более того, в своем самом последнем поединке, в феврале этого года со шведом Аттилой Левином, которого он нокаутировал в 3-м раунде, Николай показал, что только продолжает прибавлять.
 
  Общеизвестно, что ты можешь быть сильнее всех, но тебе могут просто не дать встретиться с чемпионом. Однако Валуев сейчас, что называется, не один на свете. Он ныне работает с ведущим немецким промоутером Вилфридом Зауэрландом, который хорошо умеет проталкивать своих боксеров. Николай стоит на 5-м месте в рейтинге WBA. Чемпион здесь крайне неудобный, но далеко не непобедимый Джон Руис, который, как мне кажется, может быть по зубам Валуеву уже сейчас после хорошей подготовки к матчу. Корявый Руис всегда был для всех очень неудобным соперником, но здесь неудобно будет ему самому.
 
  Однако Руису сейчас предстоит бой с обязательным претендентом Джеймсом Тоуни, занимающим вторую строчку в претендентском рейтинге. После их поединка один будет чемпионом, а второй, скорее всего, убудет куда-то в конец первой десятки.
 
 Первый номер, Хасим Рахман, выбывает автоматически, потому что его ждет бой с чемпионом мира по версии WBC Виталием Кличко. Таким образом, в скором времени между Валуевым и обладателем чемпионского титула WBA останутся только два человека: вполне заурядный, хотя и отнюдь не безопасный Лэнс Уитакер и, видимо, Монте Барретт. "Видимо" - потому что ранее на четвертом месте в претендентском рейтинге WBA стоял Оуэн Бек, который в конце февраля проиграл Барретту, но официальные новые списки пока не были опубликованы. Так или иначе, но ни Бек, ни Барретт не кажутся для Валуева непреодолимыми препятствиями.
 
  И, наконец, последнее: как мне сообщили официальные представители команды Вилфрида Зауэрланда, они надеются, хотя и не могут гарантировать, что уже приблизительно через 14 месяцев Николай Валуев будет драться за титул WBA. И если все пойдет по лучшему сценарию, то чиновникам этой организации, вполне возможно, придется-таки встать на табуретки, чтобы затянуть на талии Валуева чемпионский пояс. Вот это будет картина!
 
Александр Беленький, Спорт-Экспресс

Подписывайся на наш канал в Telegram и узнавай все самые свежие новости первым!

Источник — Sport.ua

(1 голос)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Метки
Новости партнеров
Комментарии
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.
Продолжая просматривать SPORT.UA, Вы подтверждаете, что ознакомились с Политикой конфиденциальности