Хавьер ФЕРНАНДЕС: «Мне нравится делать сложные вещи»

Испанский фигурист доволен хорошим началом сезона

Хавьер ФЕРНАНДЕС: «Мне нравится делать сложные вещи»

В минувшие выходные в Москве прошел очередной этап серии Гран-При по фигурному катанию «Кубок Ростелекома 2015», в котором приняли участие, как подающие надежды молодые спортсмены, такие как Адьян Питкеев и Евгения Медведева из России, так и спортсмены с мировым именем и великим множеством титулов, которые приехали бороться за право участия в Финале Гран-При. В танцах на льду первое место и путевку в Финал Гран-При завоевали канадцы Кэйтлин Вивер и Эндрю Поже, в парах и соревнованиях девушек пальма первенства досталась россиянам: Елене Радионовой и паре Столбова/Климов, а в мужском одиночном катании победу одержал действующий чемпион мира - Хавьер Фернандес.

С Хавьером нам удалось пообщаться в день показательных выступлений, по дороге на ледовую арену Лужники, когда уже было ясно, что Хавьер получил свою путевку в Финал Гран-При, который уже второй год подряд, во многом благодаря самому Хави и его достижениям, будет проводиться в Барселоне.

Довольный прекрасным началом сезона (в этом году среди мужчин-одиночников только испанец смог завоевать золото на обоих этапах Гран-При, в которых он принимал участие) и, как всегда, улыбчивый Хави поделился с нами своими впечатлениями от уже прошедших соревнований, от своей подготовки к ним  и рассказал о том, как складывалась его карьера.

- В этом году для постановки короткой программы ты работал с Антонио Нахарро (прим. – Директор национального балета Испании). Понравилось ли тебе с ним сотрудничать и планируешь ли ты работать с ним в дальнейшем?
- Думаю, что нет. Не в том смысле, что я не хотел бы, просто кататься два сезона подряд под испанскую музыку  непривычно, и мне не кажется, что это было бы самым правильным решением. Нужно обдумать идеи на следующий сезон, возможно, наше сотрудничество и продолжится,  но позже.

- Может, к Олимпийскому сезону ты подготовишь что-нибудь традиционное испанское?
- С выбором программ к Олимпиаде нужно быть особенно осторожными. Если у нас будут интересные задумки, то, конечно же, мы их используем. Я всегда хотел кататься под музыку из к/ф «Храброе сердце», но ни Дэвиду, ни Брайану идея не понравилась. Так что эта задумка пока так и остается в мечтах. Еще мне хотелось бы кататься под музыку из «Амели», несмотря на то, что это скорее женская музыка.

- Раньше ты не танцевал фламенко… Как тебе понравился твой первый опыт? Может, ты задумывался о том, чтобы уйти в танцы по завершению карьеры в фигурном катании?
- (смеется) Если ты хочешь быть настоящим танцором фламенко, этому нужно учиться много-много времени. Я же делаю только копию фламенко, в оригинале все намного сложнее. Безусловно, постановка программы мне доставила большое удовольствие, я многому научился за довольно короткий промежуток времени, но этого недостаточно, чтобы я мог себя назвать танцором фламенко. В конце концов, чтобы считать себя профессионалом или учить этому кого-то нужно долго вариться в этом котле.

- Фламенко – это своего рода отельная культура, родина которой в Андалусии. Близка ли она тебе по духу? Нравится ли тебе такая музыка, может, ты был на представлениях фламенко?
- Да, много раз. У меня даже есть родственники, которые танцуют и поют фламенко, а также играют на гитаре. На самом деле, мне нравится бывать в ресторанах, где во время ужина выступают танцоры фламенко. Это незабываемые впечатления для всех, кто хочет познакомиться с культурой Испании. Этим летом, например, я был в Испании, пока мы делали короткую программу. И в течение этого времени я пару раз ходил на такие представления, чтобы разобраться в особенностях стиля. Мой хореограф  – профессионал в этой сфере, он  знает все до мельчайших подробностей, а мне нужно было увидеть некоторые детали своими глазами. И мне это очень помогло, плюс я посмотрел на этот танец с новой стороны. 

- Вообще, твой постоянный хореограф – это Дэвид Уилсон. В чем его стиль работы отличается от стиля Антонио?
- Ну, для начала, Дэвид – это все-таки хореограф, работающий с фигуристами. Мы с ним сотрудничаем уже много лет, хорошо знаем и прекрасно понимаем друг друга. Наше видение постановки хореографии во многом похоже, тем более, что он отлично знаком со стилем  моего катания и у него прекрасно получается его обыгрывать. Работа с Антонио намного сложнее, поскольку он привык работать непосредственно с танцорами фламенко, конечно, ему приходилось работать с фигуристами, но он ничего не знает о «владении коньком», транзишенах, дорожках шагов и так далее. В конце концов, он танцор, а не фигурист, поэтому мы, прежде всего работали с танцем: ставили руки, пластику, отрабатывали линии движений. А потом я продолжил работу с Дэвидом, чтобы наложить этот материал на дорожки шагов. Так что можно сказать, что они ставили мою программу вместе и это был очень ценный опыт. Мне понадобилось много времени, чтобы отшлифовать каждое движение и у меня стала хорошо  получаться короткая программа.

- Можешь ли ты сказать, что сейчас ты полностью уверен в своем прокате короткой программы или все еще остаются элементы, которые требуют отработки?
- О, мне еще, безусловно, многое нужно выучить и отшлифовать, я же не профессиональный танцор фламенко. Когда я танцую перед зеркалом и делаю движение, не задумываясь, и делаю то же самое, следя за пластикой и техникой, то получаются две совершенно разные вещи, буквально, несопоставимые.

- То есть тебе по-прежнему приходится думать о технике каждого движения, когда ты выходишь на лед, они еще не доведены до автоматизма?
- Да, безусловно. Ведь даже в похожих на первый взгляд движениях есть масса мелких деталей, скажем, в одном случае грудную клетку немного нужно поднять, а в другом – опустить, и в этом очень легко запутаться. Но это огромный опыт, мне нравится учиться делать сложные вещи, я воспринимаю это как вызов.

- А какой был самый большой вызов в твоей жизни?
- Пожалуй, быть фигуристом в Испании и добиваться неплохих результатов на международном уровне – это уже вызов (смеется).  Для меня и моей страны было несбыточной мечтой то, что испанский фигурист завоюет титул чемпиона мира.

- Твоей целью изначально было стать чемпионом?
- Вовсе нет. Я просто стал заниматься еще одним видом спорта, я даже подумать не мог, что когда-либо окажусь там, где я сейчас. Когда я начал кататься, я даже ни разу не смотрел международные соревнования по фигурному катанию. Я просто приходил на каток, надевал коньки и катался в свое удовольствие.

- А когда пришло понимание того, что ты хочешь достичь реальных высот?
- (с усмешкой) На самом деле, прошло довольно много времени…  Я начал кататься, когда мне было 6, но лет до 16 мне и в голову не приходило, что я могу стать спортсменом с мировым именем.  Конечно, я тренировался, много работал, старался быть лучше, но нельзя сказать, что я делал это, чтобы стать чемпионом.

- Были ли у тебя кумиры, образцы для подражания? Может, они давали тебе какие-то ценные советы?
- Я всегда был огромным поклонником команды Алексея Мишина, в частности Евгения Плющенко. Он много раз проводил обучение на летних сборах в Испании, я в них участвовал на протяжении 4-5 лет. В столь раннем возрасте учиться у спортсмена такого уровня для меня  было уникальным шансом, можно сказать, пределом мечтаний. Я даже представить себе не мог, что получу такую возможность. Конечно, и Женя, и многие другие именитые спортсмены, и тренеры давали мне разнообразные советы, я всегда старался к ним прислушиваться. Однажды я слышал такую фразу: «Вне соревнований почти каждый фигурист – это Чемпион Мира, но соревнования – это совсем другая история». И на мой взгляд это правда.

Мои тренеры довольно часто что-то мне советуют, но их советы носят немного другой характер. Они скорее пытаются поддержать и подтолкнуть меня в правильном направлении, если мне это необходимо, скажем, если я прихожу на тренировку без настроения или у меня в тот или иной день что-то не получается и от этого, буквально, опускаются руки.

 - За последние несколько лет фигурное катание изменилось до неузнаваемости: повысился уровень сложности программ, была введена новая судейская система, которая учитывает не только технику и артистизм, но и многие другие аспекты, условно называемыми «компонентами». А что для тебя важнее: техника или компоненты программы? Что ты предпочитаешь видеть, когда смотришь выступления других фигуристов?
- Безусловно, компоненты очень важны в современном фигурном катании, и я в последние годы значительно преуспел в совершенствовании этой составляющей. Я не могу сказать, что компоненты сложны в исполнении,  ты просто сильнее устаешь во время своего проката, поэтому здесь важна отработка, необходимо привыкнуть к таким нагрузкам. Чем больше компонентов ты добавляешь в свою программу, тем сложнее тебе становится делать прыжки. Часто мы настолько усложняем программу за счет компонентов, хореографии, необычных заходов на те или иные элементы, что на прыжки просто не остается сил, а кроме этого ты еще должен улыбаться и следить за правильными движениями рук, и не падать, самое главное (смеется)!  Так что основной и самой важной задачей был и остается поиск баланса между компонентами и исполнением обязательных элементов, потому что это единственный способ справиться с исполнением своей программы.

- Мы уже видели на Кубке Китая, что прыгнуть четверной лутц вполне возможно, не собираешься ли ты дополнить им свой арсенал?
- Нет, над четверным лутцем я пока не работаю, не думаю, что это случится в ближайшем будущем. Если я в в скором времени и добавлю какой-то еще четверной в свою программу, то это будет ритбергер.

- Что ты можешь сказать относительно прыжковой части программы, думаешь, будущее за четверными? Если бы у тебя была возможность, что бы ты изменил в правилах соревнований?
- Есть пара вещей, которые я бы сделал иначе. Прыгнуть каскад 4-3 и каскад 3-4 – это две несравнимые вещи, ведь прыгнуть квад после тройного прыжка намного сложнее. Но  на деле ты получаешь одно и то же количество баллов за обе комбинации. Я бы учитывал порядок прыжков при выставлении оценок.

- А твой переход от Николая Морозова к Брайану Орсеру как-то связан с тем, что с прыжками у тебя не было проблем,  тогда как компоненты нуждались в совершенствовании? Ведь ни для кого не секрет, что после смены тренера твоя вторая оценка значительно улучшилась…
- Я многому научился у Николая. Но в какой-то момент я действительно осознал, что мне необходимо улучшать связки между элементами, заходы на них, выходы, навык владения коньком. И я видел, что команда Брайана с Дэвидом значительно преуспела в этом плане, спортсмены, которых они тренировали, были лучшими по компонентам. И это определило мой выбор. Мы проделали огромную работу, нагрузка была очень серьезной, но именно это мне и было нужно.

- Под какую музыку ты предпочитаешь кататься? Испанские мотивы в твоей КП тебе помогают?
- Мне нравится кататься под известные композиции. Представь, что ты находишься в клубе и слышишь что-то малознакомое. Тебе нужно время, чтобы подстроиться под музыку и начать танцевать, почувствовать ритм. В фигурном катании то же самое: если ты катаешься под музыку, которая на слуху у зрителей – они как будто находятся вместе с тобой на льду. Совершенно не обязательно, чтобы это было что-то супер популярное. Именно поэтому я выбрал “La Malagueña” для своей короткой программы. Мы с Дэвидом прослушали множество вариантов этой композиции, пытаясь подобрать тот, который зрители воспримут лучше всего. И мне кажется, у нас получилось.

- Раз уж мы заговорили о связи с публикой, как ты воспринимаешь аплодисменты зрителей во время твоих выступлений? Они тебя поддерживают или только мешают? А может, ты настолько погружен в исполнение своей программы, что даже порой этого не слышишь?
- Нет, конечно же, слышу (смеется)! Бывают разные ситуации. Иногда это сильно помогает, публика чувствует музыку так же как ты, чувствует твои эмоции и многократно их усиливает, тогда я думаю: «Как же круто, они на моей волне!» и я стараюсь кататься еще лучше, всем спортсменам нравятся такие моменты. Это значит, что зрителям нравится то, что мы делаем, их заводит музыка. Ты получаешь от этого кайф, тоже начинаешь веселиться, главное здесь не перестараться и не забыть о том, что ты должен делать на льду.  Хотя зрители тоже могут перестараться, как в прошлом году в Барселоне,  публика буквально оглушала меня своими овациями, и я испытывал очень сильное волнение, выходя на лед. Но такое случается крайне редко, обычно все, что ты чувствуешь – это поддержка, которая крайне важна для меня. И когда я выхожу на лед, занимаю исходную позицию, а крики и аплодисменты затихают, я понимаю, что я должен показать все, на что я способен.

Ирина ВОЛКОВА

Подписывайся на наш канал в Telegram и узнавай все самые свежие новости первым!

Михаил Шаповалов, Sport.ua

(1 голос)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Новости партнеров
Комментарии
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.
Продолжая просматривать SPORT.UA, Вы подтверждаете, что ознакомились с Политикой конфиденциальности