Андрей ГОВОРОВ:«У меня есть все для медального зачета на ОИ»

Украинский пловец — о причинах смены места тренировок и о времени, проведенном в итальянском клубе

Андрей ГОВОРОВ:«У меня есть все для медального зачета на ОИ»
© sport.ua
Известный украинский пловец Андрей ГОВОРОВ рассказал Sport.ua о причинах смены места тренировок с Италии на Бразилию, о времени, проведенном в итальянском клубе «ADN Swim Project», о всех плюсах и минусах того, что он приобрел и потерял.
 
ПРИЕЗД В ИТАЛИЮ
 
Приехал я в Италию в феврале 2013 года. На тот момент проходила подготовка к чемпионату мира в Барселоне. Там меня встретила большая команда, которая работает на результат. Не ради денег, а ради цели, в первую очередь. И люди, находившиеся в тот момент там, всем своим примером показывали то, что «мы здесь работаем, а не отдыхаем». Состав был таким:
— главный тренер Андреа Ди Нино;
— второй тренер бразилец Арилсон Силва;
— итальянский тренер по залу Мимо;
— менеджер Фабио Теста;
— физиотерапевт, постуролог Винченцо Йодиче — человек, который работал с нами на дыхание, гибкость. Также он занимался всеми нашими физическими проблемами, если они возникали.
 
Из спортсменов были:
— Сергей Фесиков — рекордсмен мира на 100 м комплекс и чемпион Европы на 100 м вольным стилем;
— Евгений Коротышкин — призер Олимпийских игр;
— Бруно Фратус — занял четвертое место на 50-метровке вольным стилем;
— Энрике Мартинес;
— Виталий Мельников;
— Евгений Лазука.
 
ПОДГОТОВКА К ЧЕМПИОНАТУ МИРА
 
Меня удивило то, что тренеры мотивируют своих спортсменов на работу на тренировке. Ты работаешь, а они тебе «давай, давай», «ты молодец», «у тебя все получается» и т.д. Эта позитивная мотивация давала ту энергию, которой мне, наверное, не хватало на тот момент в Украине.
 
Мы пришли к тому, что будем готовить два «полтинника» на чемпионат мира в Барселоне. Изначально была базовая подготовка, мы плавали сотни, и много спринта, много спринта в парашюте. В основном задания были такие: 8 по 15 в режиме 45 секунд с парашютом. Парашюты разные: большие, маленькие и средние. И таких 6 серий с небольшим отдыхом. Во всем работать нужно максимально. Мы все вместе спарринговались. В зале мы проводили в основном взрывную работу. 80% веса, 4-6 повторений. Нервно-мышечная работа, которая позволяла нам подготовить наши нервы и мышцы к работе на короткой дистанции, то есть сделать нас взрывными. Работа была по бразильской системе. Когда я туда приехал, понял, что Андреа с Арилсоном работали вдвоем, подготавливали нам программу. Было две группы: спринтерская 50 м у Арилсона: я, Фратус и Энрике. И на 100 м у Андреа: Коротышкин, Лазука, Фесиков. Мы работали отдельно, в разное время, и подготовка отличалась. Мне очень понравилось. Уже после 10 дней нахождения в Италии я сказал: «Ребята, я остаюсь. Пожалуйста, помогите мне с финансами». Есть люди, которые мне помогли, в том числе Федерация плавания Украины и Константин Иванович Григоришин, он одобрил мои тренировки в Италии. Мы очень продуктивно отработали в тот год. Что я от этого получил? Впервые выступив на соревнованиях «Sette Colli» («Семь холмов») в Риме, я показал свой лучший результат на дистанции 50 м баттерфляем — 23.30. Также этот результат стал новым рекордом Украины. Я был очень доволен. И еще больше поверил в себя.
 
РЕЗУЛЬТАТЫ ЧЕМПИОНАТА МИРА
 
В Барселоне я проплываю утром свой лучший результат в вольном стиле — 21.80, и лучший результат на баттерфляе — 22.97, правда, в полуфинале. И, конечно же, этого результата мне бы хватило, чтобы выиграть в финале, но у нас такая тенденция: 50 м баттерфляем в полуфинале все плывут быстро, а в финале медленно. И поэтому тут очень спорный вопрос, смог бы я сейчас проплыть, если бы учел ошибки... Но я считаю, что не смог,  потому что каждые соревнования — это тот опыт, который нужно потом реализовывать. Но результаты были очень хорошие. После полугода тренировок я показываю свое лучшее время, у меня есть уверенность в спринте. Первый год, можно сказать, полностью подходил мне как по тренировкам, так и по обстановке.
 
СМЕНА ТРЕНЕРА
 
Кстати, перед чемпионатом мира бразильский тренер Арилсон Силва покинул наш клуб. Я не знаю, что у них произошло с Андреа, но они разошлись — и у нас остался один итальянский тренер. Он один никогда не тренирует, всегда берет себе помощников. И он пригласил американца Брайана О'Коннора, который только закончил университет и выступал в качестве ассистента. Отличный, позитивный парень. Даже если возникали ссоры, они быстро забывались.
 
ВТОРОЙ ГОД В ИТАЛИИ. БОКС И ГИМНАСТИКА
 
В следующем году в нашу подготовку начали внедрять такие виды спорта, как бокс и гимнастика. Мы ходили два раза в неделю на бокс, дважды на гимнастику и два раза в зал. За неделю — шесть «сухих» тренировок. На воде — около восьми-девяти. Мы компенсировали нагрузку в воде за счёт зала, силовых упражнений и сложных круговых тренировок, которые проходили на боксе и гимнастике.
 
Очень важно разгружаться психологически. Когда ты занимаешься одним делом (в данном случае — плаванием), сразу же понимаешь, что тебе это быстро надоедает. Многие ребята задают тренеру вопрос: «Зачем мы плаваем каждый день одно и то же?». Чтобы что-то натренировать в нашем организме, мы должны дать ему возможность запомнить это на мышечном уровне, то есть чтобы на соревнованиях вы выполняли всю свою дистанцию так, как вы запомнили это на тренировке. Если вы будете постоянно все менять, каждый день вносить что-то новое, у вас не будет грамотно расставленной системы. Я не говорю, что вы не можете работать сегодня на ноги, а завтра на руки или основная тренировка в среду, а в следующий день откупка. Так можно делать, но это все равно должно быть циклично, должны быть повторяющиеся тренировки. Если мы что-то не будем повторять, то не улучшим результат, потому что организм не сможет запомнить, что конкретно нам нужно. Так вот, мы начали менять обстановку в большей степени с психологической целью, нежели с физической. Может быть, гимнастика больше подходила нам по сфере нашей работы. Бокс — это больше психологическая разгрузка, стандартная общая физическая подготовка, бег, круговые тренировки, боксерские движения. Они схожи по загрузке плечевого пояса, мышц пресса, но при этом кардинально отличаются. Тренер по боксу давал нам тренировки, не координируя их с тренировками в воде. Мы, бывало, так уставали на боксе, что плавать потом было тяжело, до невозможного тяжело. Мы приходили — и были ни рыба ни мясо. При этом было очень весело. Это давало ощущение приятной усталости, и мы оставались довольны всем этим. Особого какого-то эффекта от бокса я не почувствовал, но было приятно позаниматься с ребятами. Постоять в спарринге с Коротышкиным тоже было весело, и никаких проблем после этого не возникало.
 
Мы работали много в зале, в воде. Но в тот год мы начали работать еще и на сотню, старались, пробовали, больше работали, плавали. Особых и специальных заданий под сотню я вам не могу назвать, так как мы плавали очень много аэроба — это 15 по 100 в 1.30. И лично мне нужно было держать 1.16-1.17, и не быстрей, не медленней. Чтобы учить свой организм плавать на первой зоне аэроба — это пульс, который тоже индивидуален. Пульс мой не должен был подниматься выше 21 удара. При этом мне было сложно его держать, и пульс иногда выскакивал наверх, то есть я всегда старался плыть быстрее.
 
За второй год пребывания в Италии я смог выиграть чемпионате Европы на короткой воде в 50 м баттерфляем, стать третьим на 50 м вольным стилем.
 
РАБОТА НАД ОШИБКАМИ
 
Основные проблемы, которые я хотел исправить — это мой старт, мой выход, мой поворот. Мы много работали над этим. Старались изменить технические элементы, работать над приседом в зале. Но не так все просто. Много повторений не всегда реализуют себя, если ты делаешь это неправильно. Чтобы найти идеальный старт, нужно сначала понять, как его делать, учесть свои ошибки. Сколько тренеров — столько и мнений. Приезжает к нам Стефано Нурро — человек, который профессионально делает съемку (сейчас он работает со сборной Турции). Он приезжает к нам раз в полтора месяца, делаем видеосъемку — и смотрим, что изменилось. И частично те рекомендации, которые он дает, не всегда выполнялись. То есть мы послушали, что он говорит, делаем, делаем. Потом мы это забываем — и перестаем делать. Это те минусы, которые, скорее всего, были в клубе.
 
Взаимодействие между людьми как бы есть, мнений много, и иногда люди не понимают друг друга. Мы работаем в каком-то одном направлении, и не всегда у нас получалось находить общий знаменатель. Не всегда мы могли понять, в каком направлении нужно двигаться. Если я считал, что у меня основная проблема в старте — в траектории, то Андреа считал, что моя основная проблема — это голова, я должен смотреть вперед. Конечно же, есть доля правды в этом, но траектория зависит от твоего толчка, от положения головы, от того, как ты направишь свою силу. Также это зависит от входа в воду, от положения корпуса, от многих факторов, которые мы не могли учесть. Я хотел это учитывать, но у меня нет тех знаний, которые я бы мог использовать в том, чтобы сделать старт идеально. Я общался по этому поводу с физиками-профессионалами, но они сказали, что там слишком много составляющих, и нужно делать огромное исследование. По старту можно писать диссертацию. Для каждого он индивидуален и уникален в силу антропометрических данных, индивидуальных силовых качеств и показателей.
 
ИТОГИ ВТОРОГО ГОДА, ПРОВЕДЕННОГО В ИТАЛИИ
 
К чему мы пришли во второй год? Сезон 2014 года мы старались работать на 50 м и 100 м. Мы работали аэроб, спринт. И к Берлину мы готовили 50 м баттерфляй и 50 вольный стиль. Сезон-2013/14 мы оставили для подготовки на полтинники, а сезон-2014/15 - для подготовки на 100 метров. В Берлине я показываю лучший результат сезона на 50 м баттерфляем, один из самых лучших результатов в мире на тот момент. Это второй или третий результат без костюма, который был показан. Если бы не было костюмов, этот результат был бы близок к мировому рекорду. 22.86 — этот результат я показал утром. Готовились мы довольно-таки неплохо. Я помню, что работа у нас происходила со спринтерской нагрузкой, много полтинников в субботу мы стартуем, по 3 по 50 м максимально — это давало мне какое-то ощущение хорошей техники, хороших результатов. Также было много силовой работы. Но все равно технические элементы мы отрабатывали и отрабатывали. На тренировках мы смотрим, что у нас есть какой-то прогресс, приезжаем на соревнования — и смотрим, что разница между Маноду и мной 4.5 только на первых 15 метрах. Если мне взять, к примеру, его старт, то я плыву уже под рекорд мира на 50 м баттерфляем. Но, если бы у нас все могли брать от каждого сильнейшие стороны — все были бы чемпионами мира и рекордсменами. Плавание было бы на высшем уровне. Но просто так мы этого сделать не можем. Мы наблюдали за всеми лидерами в спринте, кто как делает старт: многие смотрят вперед, кто-то не смотрит вперед, кто-то толкается руками, кто-то — нет. К чему мы пришли? Сейчас самый сильный старт у Маноду. С ним может поспорить в старте, наверное, Роланд Скуман в свои лучшие годы. Но что делает Маноду? Он просто берет — и прыгает на метр дальше, чем все. То есть он настолько силен в прыжке, что берет, прыгает далеко, траектория хорошая — и за счет этого выигрывает. И подводная часть у него хорошая. Выигрывает он практически у всех. Можно смело сказать, что он — сильнейший стартер на планете. Стартует Манаду по электронике 5.1. Это данные, которые нам дал Стефано Нурро по анализу видео. В финале чемпионата Европы у меня был результат 23.24, у него — 23.0. На первых 15 метрах я проплыл 5.64, он — 5.14. Я сделал старт плохо, признаю. Утром я сделал старт 5.4, лучший результат у меня на 15 м — 5.34. Есть, над чем работать, в каком русле развиваться, стартовый потенциал у меня еще есть. При том, что на последнем чемпионате Европы, где я смог победить с таким же результатом, моим лучшим — 22.36, я сделал свой лучший старт, который у меня был — 5.38 в баттерфляе и 5.31 в вольном стиле. У меня получилось показать свои лучшие результаты, при этом учитывая, что 2015 год у нас ушел на сотню, спринтерские показатели, как ни странно, упали. Я не чувствовал ту скорость, которую чувствовал полтора года назад. Почему-то это происходит. Даже если мы убрали подготовку на сотню в этом году, мы не смогли сделать тот объем работы, который предназначен для полтинника. У нас не было тех 8 по 15 м в 45. У нас не было спринтерской нагрузки, которая дает возможность натренировать скоростную выносливость. Мы плывем 8 по 15, максимально работаем, организм все запоминает — и может держать потом все 20 секунд максимальную скорость. Это та сильная сторона, которая у меня была все время. Сейчас немножко растерял ее, но у меня есть время для того, чтобы ее восстановить.
 
СМЕНА МЕСТА ПОДГОТОВКИ
 
Я поменял место подготовки к Олимпийским играм. Я уехал в Бразилию к тому тренеру, который начинал тренировать меня еще в первый — 2013 — год нахождения в Италии. Он сейчас работает с Сезаром Сьело. Посмотрим, что из этого выйдет. Этот человек знает, как тренировать спринт. Бразильская школа спринта сейчас — одна из сильнейших в мире. Мы можем видеть, что у них много спринтеров, много ребят, которые плавают. Чтобы что-то получалось в плавании, нужно анализировать свои ошибки, стараться понять, что помогает, что мешает, разговаривать с тренером, стараться весь диалог после тренировки. Тренеры — это те люди, которые стараются сделать спортсмена лучше. Если спортсмен будет давать тренеру больше информации о себе, о своих ощущениях — тренировки будут эффективнее. Я со своим первым тренером Карташовым Константином Николаевичем постоянно беседовал на тему того, что мне хорошо, что плохо. Это очень важно — если тренер понимает своего спортсмена и спортсмен может правильно выражать свои мысли, без критики. Если просто делиться своим мнением, то эффект всегда будет положительным. Тренер будет думать, скорее всего, больше интуитивно, как помочь своему спортсмену. Как говорит Арилсон Силва: «Все люди уникальны, у всех должна быть уникальная подготовка». И я соглашусь с этим. Один из докторов в киевском университете как-то сказала мне: «Есть четыре гребца, сидят вместе. Все они — олимпийские чемпионы. Делают они одну и ту же работу, но сердечная мышца у всех развита по-разному. Мы настолько уникальны, что, выполняя одну и ту же работу, у всех будет разный эффект». С 4 января я готовлюсь в Бразилии к Олимпийским играм. Мой лучший результат — 21.80. Чтобы попадать в призы на Олимпиаде, нужно плыть 21.40-21.50. Запас есть, желание и мотивация есть. Возможности есть. Сейчас у меня есть все для того, чтобы попасть в медальный зачет на Олимпийских играх. Осталось только все реализовать.
Подписывайся на наш канал в Telegram и узнавай все самые свежие новости первым!

Источник — Sport.ua

(1 голос)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Новости партнеров
Загрузка...
Комментарии
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
    Комментарии отсутствуют. Вы можете стать первым.
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.
Продолжая просматривать SPORT.UA, Вы подтверждаете, что ознакомились с Политикой конфиденциальности