СКАЛОНИ: «Он мог сказать: Я не забил пенальти – все, закончили, едем домой»

Главный тренер сборной Аргентины Лионель Скалони провел пресс-конференцию после невероятной победы команды над Египтом (3:2) в 1/8 финала чемпионата мира 2026:

– Лионель, в Аргентине люди вышли на улицы, они взволнованы и хотят поблагодарить команду. Вы уже поговорили с игроками. Что им сказать после того, что они заставили всех пережить?

– Сначала мы заставили всех пережить трудные моменты, потому что проигрывали, хотя не играли плохо. Мне кажется, матч всегда был на нашей стороне. У нас было очень много моментов, но футбол – такая штука. Я стал тренером именно ради этого. Только что говорил ребятам: когда перестал играть, я стал тренером, чтобы снова переживать такие эмоции. Не потому, что мне нравится быть тренером. На скамейке я страдаю так же, как все вы. Но эмоции, которые футбольный матч дает нам, аргентинцам, – это что-то несравнимое.

Снова пережить это – невероятно. Я тренер именно из-за этого. Сегодняшний матч, конечно, не финал, но по масштабу эмоций он сопоставим со многими большими вещами, которые мы пережили. Потому что это была команда, которая, что бы ни происходило, не переставала идти вперед и пытаться играть по-своему. Футбол – это вот это. Тактика и стратегия важны, без сомнений. Я не скажу, что они не важны.

Но если у тебя нет того, что было у нас сегодня, мы бы уже вылетели. И не только сегодня – такое бывало и раньше. Так что пусть люди продолжают верить. Я всегда говорил эту знаменитую фразу, не знаю, сказал ли ее Лео в Катаре: нас не оставят брошенными. Это буквально так. Это чувствуется, это можно потрогать. Я очень взволнован.

– Команда выиграла сердцем, перевернула матч за 20 минут и забила три гола. Что вам оставила эта реакция? И есть ли время что-то исправить перед субботой?

– Если анализировать матч, думаю, он всегда был за Аргентиной, хотя у Египта были две-три вспышки. Египет – очень хорошая команда, у них большие игроки. Я не хочу говорить только об Аргентине. Но у нас, помимо пенальти, было три-четыре явных момента в первом тайме. Если бы счет был 2:1 или 3:1, никто бы ничего не сказал. Когда мяч не идет в ворота, потом тебе делают 0:2, сопернику комфортно защищаться – нужно продолжать. Продолжать пытаться.

Это мы и сказали игрокам во время водной паузы на 25-й минуте второго тайма: играть до конца, не считать ни один мяч потерянным и продолжать играть так, как мы умеем. В итоге получилось. Могло и не получиться. Но если проигрывать – я без сомнений предпочитаю проигрывать так. Ничего страшного. Проигрывают по-разному. Я не говорю, что мне хотелось бы проигрывать, но если уж такое случается, я хочу, чтобы это было именно так – с ощущением, что команда всегда держала лицо.

– Сегодня вы действительно растрогались. Что скажете о Лео Месси?

– Я всегда растроган. Просто иногда появляются слезы. В раздевалке они тоже были. Ребята уже называют меня «плакса», но мне все равно. Для меня, для Ратона, для Пабло, для Вальтера, для всех нас, кто 20 лет играл в футбол, снова почувствовать то, что мы почувствовали сегодня, – невероятно.

Не знаю, что думают другие тренеры, но, по-моему, большинство бывших футболистов становятся тренерами именно ради таких дней. Ради этих эмоций, ради адреналина, ради того, чтобы проигрывать и пытаться перевернуть матч. Мы делали это всю жизнь и будем продолжать делать.

А о Лео... Я сказал игрокам, буквально минуту говорил. И говорил уже не про этот чемпионат мира, а про будущее. Особенно про ребят на скамейке – тех, кто смотрит на него и не может поверить в то, что видит. Пусть берут с него пример. Без сомнений. Это что-то прекрасное.

Он мог сказать: «Я не забил пенальти – и все, закончили, едем домой». Нам делают 0:2 – и все. Но он снова просит мяч, снова пытается. У меня от этого мурашки по коже, правда. И дело не только в нем. Я не хочу говорить только о нем, потому что остальные партнеры поддержали это невероятным образом. Это часть этой группы, этих людей, которых я веду как глава команды.

Это была невероятная проверка. Из тех, которые оставляют след, что бы ни произошло дальше. Она показывает путь всем детям и игрокам, которые смотрели этот матч и хотят играть в футболке Аргентины. В конце концов, мы – это. Когда я на пресс-конференции говорил: «Аргентина – это вот это», возможно, не аргентинец этого не поймет. Но аргентинцы понимают. Когда все хорошо и когда все становится плохо – мы отдаем все.

– Ваш 101-й матч у руля сборной – это самый тяжелый матч из всех?

– Нет, нет. Я все время видел, что матч на нашей стороне, несмотря на счет. Команда не играла плохо. Если хотите, можем разобрать вместе. Мы создавали моменты. Тренер страдает, когда видит, что у команды нет инструментов. Матч с Кабо-Верде был хуже в этом смысле. Все думали, что он будет легким, а мы реально оказались в сложной ситуации. Сегодня, да, на 70-й с чем-то минуте мы проигрывали 0:2. Но было ощущение, что у нас будет шанс и мы можем перевернуть матч.

Когда ты видишь, что команда в порядке и делает то, что нужно, ты спокойнее. А когда видишь, что ничего не получается и все усложняется, тогда переживаешь больше. Сегодня мы были хороши. Мы играли в совершенно другой футбол, чем в прошлом матче.

– По эмоциям это было похоже на финал в Катаре и праймом Лео?

– Не знаю, с чем это сравнить. Я не нахожусь в голове Лео, но убежден: он играет в футбол ради этого. Он любит мяч, любит играть. И то, что футбол дает ему такие эмоции на этом этапе карьеры, трудно объяснить. Мы всегда говорили игрокам: вы уже по другую сторону, наслаждайтесь до последнего момента.

Потому что когда ты больше не играешь, ты всю жизнь жалеешь, что не наслаждался. Всю жизнь жалеешь, что больше не находишься на футбольном поле. Думаю, все это на них влияет. И еще то, что они играют за свою страну. Здесь много эмоций. Для меня это был незабываемый момент. Один из лучших, честно. Один из лучших. Что бы ни случилось дальше, я получил ощущение команды, которая не опускает руки, даже когда все против нее.

– Вы уже думали о дополнительном времени или чувствовали, что матч можно решить раньше?

– Я буду честен. Я всегда честен, но сегодня особенно. Есть моменты, когда тактика, стратегия и все остальное отходят в сторону. Когда видишь, что инерция на твоей стороне, даже если счет 0:2, нужно идти ломать. Идем, идем, продолжаем, продолжаем.

Мы с тренерским штабом часто это обсуждаем. Бывают матчи, где после гола возникает ощущение, будто у ворот появляется пылесос: мяч затягивает туда, и вот-вот будет второй. У нас после 2:2 было именно такое ощущение. Этот матч нужно было попытаться закончить до конца основного времени, потому что инерция была положительной.

Мы уже не смотрели, где у соперника пятый номер, где восьмой. Мы просто шли, шли, шли. Я убежден, что футбол – это вот это. Да, потом можно говорить: кто идет за пятым, кто выдвигается, кто страхует. Но если у тебя есть все это, а нет того самолюбия, которое было у нас сегодня, – ничего не получится. После 2:2 команда сама поверила, что можно выиграть. Мне не пришлось говорить: «Продолжаем». Они сделали это сами.

– Какой заголовок вы бы дали этому матчу?

Не знаю. «Эпично», что ли. Что-то такое. Я сейчас не очень хорош в заголовках. Завтра, наверное, везде будет «эпично». Но когда ты за 15 минут до конца проигрываешь 0:2 в 1/8 финала чемпионата мира – думаю, это где-то туда.

– Вы часто говорите, что команде не нужно объяснять слишком много. Но это ведь тоже результат вашей работы. И еще: в Аргентине любят ставить памятники. Как насчет статуи в Пухато?

– У меня там уже есть кое-что. Как это называется? Не плакаты... Муралы. Один сделал клуб из моего поселка, и я просил его убрать, но меня не послушали. Один на въезде в поселок с одной стороны, другой – с другой. Для меня это уже слишком. А про команду... Это может звучать как ложная скромность, но это не ложная и не какая-то хорошая скромность.

Если бы у меня не было Лаутаро Мартинеса на скамейке, если бы у меня не было Гонсалеса, который бегает как животное и добегает, – какой я тренер, маг? У нас есть игроки. Это реальность. Ты ставишь их на поле, говоришь три-четыре вещи, как можно атаковать, – и все. Было бы глупо мне здесь рассказывать, что мы выиграли потому, что я выпустил Лаутаро, который участвовал во всех голевых моментах.

Если бы я его не выпустил, не знаю... Ты проигрываешь 0:2 – что ты делаешь? Ты должен это сделать. Не нужно быть гением, чтобы принять такое решение. Потом ставьте какой хотите заголовок, но реальность такая. Мы с тренерским штабом пытаемся, чтобы команда играла свободно, потому что эти футболисты умеют играть. Но играют они. Это реальность. Это очевидно. Мне не нужно здесь объяснять замены, потому что играют они. И все.

– Как переворачивается 0:2? В Аргентине многие люди тоже оказываются в жизни в ситуации «0:2» и думают, как ее изменить.

– Я не был спокоен в смысле «мы точно выиграем». Нет. Я не ясновидящий. Я был спокоен, потому что команда давала основания. Главное – понимать, что пока судья не дал финальный свисток, матч не закончен. И нужны игроки, которые в это верят. Я забыл сказать про Гонсало: он вышел и снова участвовал в голе, в эпизоде, где Лео скинул мяч.

Но я же не говорил ему: «Гонсало, когда мяч полетит, иди в штрафную девятым номером, может, забьешь». Нет. Нужны такие игроки – которые верят, что это может случиться. И которые понимают: если бы мы сегодня проиграли, в чем проблема? Проиграли бы – хорошо. Да, возможно, все считали Аргентину фаворитом, а она вылетела бы в 1/8 финала. Но завтра нужно было бы продолжать.

Для меня это помогает играть спокойнее. Ты будешь грустить, тебе будет тяжело, потому что не прошел стадию. Но если понимаешь, что на самом деле ничего страшного не происходит, что твоя задача – подарить радость людям и отдать максимум за 90 минут, это позволяет делать в матче то, что нужно.

– Какой урок оставляет этот матч?

– Это даже не урок, а подтверждение того, что я думаю о футболе. Футбол – это тактика и стратегия, да. Но это еще сердце и инстинкт. Нельзя считать мяч потерянным, пока судья не сказал, что все закончено. Мы много раз слышали: матч не закончен, пока судья не дал финальный свисток. Но это нужно не говорить, а выполнить.

Этот матч укрепляет то, что я думаю о футболе. И когда ты выигрываешь, матч не закончен. И когда проигрываешь – тоже.

– Есть ли предпочтения по следующему сопернику – Колумбия или Швейцария?

– Нет, предпочтений нет. Мы всегда говорили одно и то же: мы не предпочитаем одного соперника другому. Это две большие сборные. Колумбия – мы знаем, насколько она хороша и насколько всегда была сложной для нас.

А у Швейцарии невероятная традиция на чемпионатах мира, у них большие игроки с опытом таких турниров. Кто выпадет, тот и будет. Если сможем, посмотрим матч по телевизору.

Читайте также:

Хусам ХАСАН: «Я больше вообще не буду смотреть этот чемпионат мира»

Видеообзор матча Аргентина – Египет (3:2)