Евгений КОНОПЛЯНКА: «Одной ногой уже был в Ливерпуле»

30-летний полузащитник «Шахтера» и сборной Украины Евгений Коноплянка принял участие в дебютном выпуске проекта #GOnline на официальной странице УАФ в Instagram, где в прямом эфире ответил на вопросы болельщиков, рассказал о своем карантине и Евро-2020 и объяснил, почему болеет за «Манчестер Сити».

О карантине

- На карантине мне не скучно. Чем можно заняться дома? Первое — играть с детьми. Надо придумывать, чем их занять, иначе они будут сидеть у тебя на голове.

Второе — заниматься спортом. Третье — убирать в квартире. Четвертое — готовить пищу. Раньше это редко делал, но у меня получается. И пятое — беру ноутбук и смотрю фильмы и сериалы. Или играю в Playstation. Хотя все это мне тоже потом надоедает, хочется поехать куда-то, но необходимо соблюдать карантин.

О Евро и сборной

- Отдал бы все, чтобы Украина выиграла Евро. Это мечта любого футболиста. Хотел бы почувствовать эти эмоции. Если ты не веришь в чудеса, то тебе здесь нет места. Все реально.

Когда играли отбор, сначала в себя верили только мы, потом в нас начали верить все. Когда все верят — нас трудно сломать. Мауро Тассотти и Андреа Мальдера, помощники Андрея Шевченко, хотя и не знают языка, но как свои. Они говорят по-английски. У нас в сборной очень теплая атмосфера, словами не передать.

О Зинченко

- Болею за Зинченко. Когда его не было в «Сити», то, конечно, я поддерживал «Ливерпуль». Когда я был с этим клубом на связи, его представители приезжали, оставили очень положительное впечатление. После этого я начал еще сильнее болеть за «красных». Они человечны. Боролись за то, чтобы мой трансфер в «Ливерпуль» состоялся. Респект им. Это невероятные эмоции. Я был уже одной ногой там, в Англии. Поэтому за эту команду болею. Она мне всегда импонировала. Правда, когда Зинченко перешел в «Сити», стал поддерживать эту команду.

Об отце-агенте

- Во время карьеры было много звонков от разных агентов, поэтому в итоге я попросил отца помочь и дал ему все эти номера, чтобы звонили ему, а он все это фильтровал и мне сообщал, с кем можно разговаривать. Долгое время я был сам себе агент, но потом понял, что это тяжеловато.