Наталья ПРИЩЕПА: «Смена гражданства? Я пожалела миллион раз, но...»

Известная украинская легкоатлетка Наталья Кроль (Прищепа), эксклюзивно для Sport.ua, рассказала о своей жизни, истории с допингом и объяснила, почему украинские спортсмены все чаще меняют спортивное гражданство.

– Ты вернулась в большой спорт после дисквалификации за допинг. Как сейчас изменилась твоя жизнь и приоритеты?

– Пожалуй, никак. Как бегала, так и продолжаю это делать.

– То есть ты продолжаешь отдаваться на все 100 процентов. История с допингом не надломила?

– Конечно, да. Параллельно есть какие-то там проекты, но основное направление моей деятельности – это спорт.

– Истории с допингом – достаточно болезненная тема для всех спортсменов. Как ты справилась с этим морально? Уже отпустила ситуацию?

– Знаешь, с одной стороны было очень обидно, а с другой – минимально фонило чувство стыда за запятнанную репутацию. Когда ты конкретно нарушаешь правила и косишь, то понимаешь, что рано или поздно придется нести ответственность. А когда ты... возьмем к примеру контрольную работу по математике... И вот ты просто «затупил» на самой простой задаче, и тебе просто обидно. И мысленно: «Блин, а как можно было так лохануться?» Где-то таким было чувство.

Мой допинг – это не употребление чего-то тяжелого, конкретного и курсового. Это был обычный препарат за 15 гривен, попавший в мой организм случайно. Реально обидно, что я просто затупила. Отпустила ли я эту ситуацию? Я скажу, что я ее, в принципе, крепко и не держала. Ни она меня – ни я ее.

– Ты говоришь, что «не держала эту ситуацию», но в свое время твой «допинг» шокировал многих. Твой муж тогда не сдержал эмоций и логически встал на твою защиту.

– Ну, конечно. Он, как и каждый любящий мужчина, встал на сторону жены. Встал на сторону защиты. Это совершенно нормальная реакция. Я могу поблагодарить свою врожденную психологическую стойкость. Я не могу сказать, что меня эта история загнала в какое-то состояние... или еще что-то... Меня это, к счастью, обошло.

Мой муж тоже как профессиональный спортсмен, и тот, кто видел точно, как все было, не смог промолчать и не вступиться. Имея острое ощущение справедливости, уверена, что если бы я реально как-то подло нарушала правила, то он бы просто промолчал. За что ему тоже спасибо.

– Ты достаточно эмоциональна и всегда имела свое мнение, которое не раз высказывала, даже критикуя сам подход к олимпийским видам спорта в Украине. Когда случилась история с твоим допингом, все как-то затихли. Ни тренеры, ни чиновники, ни другое спортивное сообщество не поддержало тебя публично. Хотя медалей ты Украине принесла немало...

– Ну, в принципе, у нас работает все как всегда. Когда ты молодец – ты молодец. Как только ты совершаешь какую-то минимальную ошибку – тебя сразу спишут со словами: «Я всегда знал... Я всегда говорил...». Это обычное поведение социума. Она для меня была ожидаемая и прогнозируемая. Ничего нового и удивительного. А если говорить о том, что на мою сторону не стала федерация, тренеры, спортсмены... В этой всей системе – они последнее звено.

Если говорить в целом об истории с допингом: в других странах над этим работают специальные лаборатории, в которые вливаются средства, проводится много лабораторных исследований и всего прочего. Чтобы спортсмен понимал, как он может легально восстанавливаться. У нас такого нет, а если и есть – то недоступно всем. Хотя, я склоняюсь к мнению, что сегодня у нас это просто не разработано.

Наша страна находится в красной зоне по допинг-скандалам, и здесь вступаться за тебя никто не будет! Это очевидно. Мы обходимся самыми маленькими жертвами. Проще «списать» или избавиться от кого-то одного, чем «закрыть» всю страну под нейтральное знамя из-за истории с допингом. Против системы ты не пойдешь.

- Ну, хорошо, но сейчас ты вернулась в спорт. Те люди, которым тогда было проще списать или избавиться, нормально общаются и смотрят в лицо улыбаясь?

– Если честно, я их мнение не спрашивала ни тогда, ни сейчас. Я могу учитывать мнение тех людей, которые занимают какое-то важное место в моей жизни. Я не понимаю, зачем тратить время, энергию и ресурсы на мнение людей, не занимающих никакого места в моей жизни.

– Прошло уже много времени с момента, когда в твоем организме обнаружили допинг. Сейчас ты можешь рассказать поэтапно, как это происходило от «А» до «Я»?

– Это рандомная ситуация, понимаешь. У меня «скакало» давление, мне плохо и я зашла в аптеку померить давление. Померили – давление высокое. Говорю: «Дайте мне что-то от давления, потому что еще весь день впереди». Но предупредила, что я спортсменка и мне нужен чистый препарат, потому что постоянно прохожу допинг-контроль.

Мне и дали «Каптопрес», заявив: «Он с самым обычным составом. Там только действующее вещество – каптоприл». Я вбила это в допиннг-базу, вбила – он разрешен, но я не вбила в эту базу вспомогательное вещество – гидрохлоротиазид… Я не проверила. Даже не обратила внимание и без задней мысли просто выпила эти таблетки и пошла дальше.

Буквально в конце недели или на следующей, приехал допинговый контроль – я сдала тест, даже не вписав ничего в графу, принимала ли я какое-то лекарство в этот период. Я даже не придавала этому значения. Такие мелочи иногда просто вылетают из головы – ты про них забываешь. Я забыла про эти таблетки и упустила этот момент.

Через месяц я шла на тренировку и приходит мне на электронную почту письмо от ADAMS. Я его сразу открываю, читаю и там... «Объясните, пожалуйста, по каким причинам и при каких обстоятельствах в вашей пробе найден гидрохлоротиазид». Я стою и думаю: «Может ошиблись почтой... В смысле найдено?! У меня ничего нет – этап отдыха». Я в тот период даже спортивного питания не ела. Я давай искать, что это за вещество... Я нигде не принимала этот препарат, откуда я могла это съесть?!

Мы начали разбирать и вспоминать каждый день: где я, что я, какие таблетки ела… И тут я вспоминаю где-то с этой таблеткой «Каптопреса»… Читаю состав и там был этот гидрохлоротиазид. Дальше мы начали писать разные письма, собирать доказательства. Были предоставлены материалы из камер видеонаблюдения аптеки, пояснительная записка от заведующей этой аптеки, пояснительная записка конкретно от фармацевта, продавшего мне этот препарат. Это уже переводилось на английский, было заверено юридически... Но в ADAMS сказали: «Да, мы понимаем, что это не намеренное употребление, но мы должны наказать, чтобы в другой раз были более внимательны».

– То есть тебе дали минимальную дисквалификацию?

- Минимальную, но вместе с ним я поняла, что были подобные случаи и в США, и в Британии... Им за такое вещество давали от трех месяцев до полугода. Но ведь мы живем не в США и не в Британии. Меньше всего, на что мы можем рассчитывать – два года дисквалификации. В моем случае – 18 месяцев. Хорошо!

– Еще одно. Смотри, если говорить о командных видах спорта, в частности футболе, там внимательно следят, какие препараты употребляет спортсмен. Ты и шагу не ступишь без разрешения врача. Как это работает в одиночных видах спорта? У вас есть личный или командный спортивный врач?

– Есть! Есть спортивный врач сборной, но когда у тебя происходит какая-то рандомная ситуация с простудой, например... Ты же не звонит по телефону врачу сборной, ты звонишь – семейному врачу. Врач сборной тебе не предоставит никаких направлений. Ты звонишь врачу сборной, уже когда имеешь на руках рецепт, который выдал семейный врач, и советуешься, что из этого списка можно, а что нет.

Я не знаю, как тренируются командные виды спорта, но если они тренируются на сборах, с ними всегда находится врач... у нас не так. У нас один тренируется в Ровно, второй – в Киеве, третий – в Белой Церкви, Харькове… А у нас один врач на всю сборную. У нас нет персонально представленного врача к каждому спортсмену.

Момент с этими пилюлями от давления? Я просто не позвонила врачу сборной и купила те таблетки по своему усмотрению и сделала это по своей неосторожности. Вот и вся история.

– Какие цели ты ставишь перед собой сейчас? Именно по возвращении в большой спорт? Как тяжело было набрать форму?

– В сезоне 2023, когда я вернулась, у меня был прекрасный сезон, где я имела прекрасную форму! Я выбегала с 2 минут.... Возвращение было великолепным (смеется). Сезон 2024 года был провальным. 2025 – тоже не очень. Сезон 2024 года я провалила из-за травмы. У меня была старая травма, которая обострилась именно в 2024 году, но в тот сезон я как-то уже подходила. В июле 2024 года я пошла лечить травму. С ней я провозилась где-то 9 месяцев. Пока длился процесс лечения и восстановления, то я не могла бегать достаточные объемы. Я бегала по 5-6-8 километров, но ты сам понимаешь, что такое эта дистанция для профессионального спортсмена – как ни в чем не бывало. Это не влияет ни на что и не гарантирует тебе никакого результата.

Именно из-за лечения этой травмы ничего как следует не получилось и в 2025 году, потому что я была без должной базовой подготовки и без набегаемого объема. А без этого ты не сможешь приготовиться нормально. Ты не сможешь подготовиться за 2-3 месяца, если пропустил полгода до этого. Поэтому и 2025 год получился таким себе. Увидим, каким будет 2026 год!

– Если говорить именно об олимпийском спорте. Многие говорят о плохих условиях, созданных для подготовки спортсменов. Смотришь на спортивные залы... На те беговые дорожки, где тренируются спортсмены... Все заброшено и никому не нужно, кроме самих спортсменов, занимающихся тем или иным видом спорта. Как видишь, эти проблемы действительно есть? Как их можно решить?

– Я думаю, что эти проблемы действительно существуют. У нас в Ровно вообще нет ничего. Ни стадиона (с беговыми дорожками), ни спортивного зала, ни манежа, ни резиновых дорожек для бега в парке... Нет ничего! Просто есть парк, асфальт... И беговая дорожка в любом тренажерном зале.

– Но ведь именно из-за отсутствия инфраструктуры и возникают такие травмы, например, как твоя...

– Моя травма возникла не из-за этого, но, я думаю, что многие проблемы с инфраструктурой вызывают беспокойство в другом плане. Сейчас мало детей приходит в секции по легкой атлетике. Опытные спортсмены уже привыкли и приспосабливаются к условиям, которые есть, но поколение меняется. Следующее поколение уже не готово работать в условиях, в которых работали мы. Они хотят работать в более комфортных условиях, с новыми технологиями... Каждая мама хочет привести своего ребенка в секцию, где будут нормальные условия, а не в разваленный гараж. Эта проблема больше влияет на этот аспект, чем на травмы.

– Многие спортсмены по разным причинам меняют гражданство или думают об этом? В чем ты лично видишь причину такого решения украинцев?

– Я тебе не могу сказать, как решить эту проблему – здесь я недостаточно компетентна. Но, смотри, полставки в сборной Украины – шесть тысяч гривен. И это ок, когда тебе 15-16 лет, но... Даже в 18 – это очень мало. Ну это не окей. А тем более когда тебе исполняется 20-25. Когда у тебя появляются какие-то отношения... Когда появляется семья...

Спортсмены плохие, потому что они меняют гражданство и идут выступать за другую страну. Как тренер или функционер, я могу понять эту мысль... Типа: «Да, это плохо, у меня, как у тренера, не будет работы, нет результатов...» Давай посмотрим на это с точки зрения спортсмена. Я не могу осуждать и не буду их осуждать. За 6 тысяч гривен… Да, даже за 20 тысяч… Ты не прокормишь, ни себя, ни свою семью. А за меня кормить семью никто не будет.

А просто получать «Спасибо за то, что ты такой патриот...» и идти есть сухари... Но спасибо никого это не устраивает. Моим детям, например, все равно поменяла я гражданство или нет – мои дети хотят есть каждый день. И мои личные убеждения, что нужно быть в Украине, бегать за Украину... Им все равно – они хотят есть. Я не могу и не буду осуждать спортсменов. Каждый делает свой выбор. Мы имеем право на этот выбор. Я понимаю тренеров, которые не хотят, чтобы так происходило, но понимаю и спортсменов, которые хотят получить больше – они тратят свое здоровье. Возраст спортсмена – он не длинный, а здоровье ты тратишь ну прям немало.

– Лично тебе, когда-нибудь предлагали сменить спортивное гражданство?

– Были, конечно. Да и не раз. У меня до сих пор лежит несколько контрактов. Больше всего из них мне нравился – контракт с США. В свое время они посылали договор на обучение... Мне было тогда 16-17 лет. Я на тот момент была очень испугана и думала: «Как же я... Так далеко от дома...» Это не Европа, что ты можешь приехать домой в любое время... Это другой континент.

Я тогда отказалась от этого предложения. Если говорить откровенно – я пожалела миллион раз. Пожалела, что не воспользовалась этим предложением. Если оглядываться на мою спортивную карьеру – и жалеть нечего – она была достаточно успешной. Но этот контракт от США я храню до сих пор... Уже прошло лет 14. Как напоминание: если тебе что-нибудь предлагают – не отказывайся. Вернуться на исходную точку можно гораздо быстрее, чем повторно получить такое предложение.

В Украине меня все устраивает, но периодически сожалею именно о неиспользованной возможности. Просто что я не попробовала. Я могла вернуться домой в любой удобный для себя момент. А тогда я просто испугалась и не попробовала – это скребет.

– Ты говоришь, что где-то сожалеешь, что не использовала эту возможность, но в то же время заявляешь, что довольна своей карьерой. Чтобы ты могла посоветовать новому поколению?

– Совет от меня? Если честно, я не знаю, хороший ли я советчик. То, что было хорошо для меня... Не означает, что оно будет хорошо для кого-то. Самый большой совет – слушать себя и найти свой индивидуальный стиль: стиль бега, стиль тренировок, методику тренировок. Один план не может подойти 2-3 людям одинаково, это я могу сказать точно.

Мой тренер – Андрей Потеляев, честь ему и хвала за его огромную тренерскую компетентность. Он умеет классно проанализировать и совершить любой тренировочный процесс под индивидуальные возможности каждого из спортсменов своей группы. Я честно, не знаю, как мне так повезло в жизни, что я попала к Андрею Владимировичу... Поэтому, совет – найти своего тренера и свой стиль тренировок.